Две недели спустя, в конце июля, жизнь вошла в ритм. Я работала дома — брала заказы на продвижение мелких брендов, писала тексты, вела соцсети. Денег хватало на еду, на кота, на коммуналку. Яр устроился курьером — развозил заказы из цветочного магазина «Роза ветров». Сказал, что цветы напоминают ему Купальский луг, светящуюся траву и огненные цветы. Мне было всё равно.

Он пытался вернуть меня. Каждый день — что-то новое.

В первый день — ужин при свечах. Зажёг три свечи — красные, как в ночь гадания. Поставил на стол, накрыл белую скатерть, достал красивую посуду, которую я даже не знала, что у меня есть. Я сидела, ела мясо по-французски с картофельным пюре, смотрела на огонь. Огонь был красив — умом я понимала, что красиво. Но внутри — пустота. Как в заброшенном доме. Как в комнате, где когда-то был пожар, а теперь только пепел.

— Нравится? — спросил он.

— Да. Спасибо.

— Ты улыбнулась?

— Нет. Я сказала «спасибо».

— Но уголки губ чуть поднялись.

— Тебе показалось.

Во второй день — цветы. Розы, красные, огромный букет, перевязанный белой лентой. Он поставил их в вазу на подоконник, расправил лепестки. Они пахли сладко, почти приторно, но я не чувствовала ничего, кроме самого запаха — как информацию, как данные. Розы — красные. Запах — сладкий. Вывод — красивый букет.

— Ты не рада? — спросил он.

— Рада. Спасибо.

— Скажи это так, будто правда.

— Я так и сказала.

— Нет, — он вздохнул, провёл рукой по волосам. — Ты сказала как робот. Как Siri.

— Я и есть робот. Без чувств.

— Ты человек, Алиса. Просто забывший, как это — чувствовать.

— Может быть.

В третий день он рассказывал сказки. Те самые, древние, которые пели дружинники у костров. Я слушала, кивала, иногда спрашивала уточняющие вопросы — «а что было дальше?», «а почему он так поступил?» — но не потому, что мне было интересно. А потому, что так положено. Потому что он старался, и я не хотела его обижать. Хотя обижать — это тоже чувство. А я не могла.

— Ты не слушаешь, — сказал он после третьей сказки.

— Слушаю.

— Тогда перескажи.

— Про князя и русалку. Князь полюбил русалку, она предала его, он стал демоном. Это твоя история. Я помню.

— Помнишь, но не чувствуешь.

— Да.

Он замолчал. Я пошла мыть посуду. Вода была горячей, но я не чувствовала тепла — только температуру, как градусник. 45 градусов. Горячо. Опасно.

Через неделю пришла Лена — с пирожными, вином и решимостью меня рассмешить. Катя была на дежурстве, Марфа вязала носки где-то у себя, Яр уехал на заказ. Лена ввалилась в прихожую, скинула кеды, повесила на плечо огромную сумку. Её волосы стали ещё ярче — теперь они были сиреневыми, с мятными кончиками.