Зато я поймал подозрительные взгляды. Все умные броссы всегда казались хладоградцам опасными, поэтому арбалеты так и продолжали смотреть на меня.

— Слушайте меня, дрянная чернь! Царь Стоян, благороднейший из правителей, даровал вам шанс! Шанс закончить, не как грязные свиньи, ждущие каждое утро гадскую баланду, а как свободные… — командир стражи продолжал свою проникновенную речь, а я тем временем слегка тронул локтем Лею и прошептал.

— Шелеста листвы тебе над головой, сестра!

Та сначала никак не среагировала, продолжая с зажмуренными веками что-то шептать себе под нос. А потом, вздрогнув, вдруг распахнула глаза и уставилась на меня… Глаза те же самые, я прекрасно запомнил эту изумрудную зелень зрачков.

— Бра… брат-лиственник⁈ Но… — она не сразу узнала меня, а потом было открыла рот, но я тут же покачал головой.

— Ш-ш-ш! Держись рядом, и останешься жива.

Надо было видеть, как заколебалась от удивления золотистая аура девушки. Несмотря на её смелость и горячие молитвы, она, судя по всему, смирилась с судьбой, и просто встречала её с гордо выпрямленной спиной.

Но никак не ожидала, что всемилостивое Древо пришлёт ей на выручку… того самого бросса!

— Но… но…

— А теперь повернулись все и бодрой походкой! Вперёд! — командир стражи как раз закончил своё выступление.

Неуклюжим гуськом узники двинулись на выход. Сначала я думал, что мы выйдем прямиком на арену, но, насколько я понял, нас вывели в тот самый Лабиринт. Вот только сейчас он был накрыт дощатыми щитами, где сквозь щели пробивался дневной свет и сыпалась пыль. Доски над нами гудели от шума толпы, да дрожали от песен и танцев шутов.

Стены Лабиринта и вправду лучились древностью — грубо выгрызенные какими-то древними существами, они скрывали в себе явные магические свойства. В некоторых местах стены светились, а в некоторых от них веяло настоящим жаром.

Но, самое главное, едва мы вышли в лабиринт, как я почуял опасность. Видимо, это была сильная угроза, раз моё чутьё задрожало, невзирая на защитную ауру. Артефактов хватало и на стражах, и в лабиринте, и даже сверху, на арене. Кстати, у кого-то из охранников явно был тот самый камень Мыслесвет, который блокировал магию.

Почуяв опасность, я уже по-другому взглянул на следы когтей на стенах…

— Вперёд, вперёд, не задерживаемся! — воины подгоняли узников, которые неловко переступали в кандалах.

Один всё-таки с криком решил броситься на стражника, но в его тут же изрубили мечами, а какой-то особо нервный стражник ещё и засадил в голову болт, хотя бедняга и так перестал двигаться. Все тут были на взводе, и я сообразил, что воины сами опасливо озирались, желая как можно скорее отсюда убраться.