Лейра молчала, кусая губы. Вздохнув, Крутт сделал шаг к ней, но тут же остановился.

― Послушай, у нас мало времени. Скоро Хала приведет в чувство эту девушку, а затем сюда примчатся остальные. Все, что я сказал сейчас, я мог бы поведать любому воину Туманного замка, но ни слова не должно быть услышано никем здесь, кроме Трэнка и Сайрта. Особенно Эрмисом и его гвардейцами. Если до Императора дойдет весть о возможности исчезновения Излома и Источника, он может нанести удар первым. Род герцога привык сражаться с изнаночными тварями, а императорский род ― за власть.

― Белоглазый не уйдет сам и не отпустит никого из лагеря, пока не предаст огню останки, ― рассеянно откликнулась Лейра, по-прежнему не глядя на магистра.

― Нам нужно избавиться от Эрмиса и его свиты, ― уверенно продолжал тот.

― Ты предлагаешь убить придворного мага? ― Лейра резко развернулась и недоверчиво уставилась на него. Ей казалось, что она впервые видит человека, стоявшего сейчас рядом. Того, кто был с нею с рождения. Того, кому она доверяла безоговорочно. Того, в чьих объятиях она чувствовала себя желанной и защищенной.

Крут поморщился, словно съел зеленый можжевельник.

― Это было бы лучше всего, но это невозможно. Его нужно убедить пройти по тоннелю до конца. Я уверен, что этот подземный путь имеет выход рядом с тем порталом, который мы разрушили у Излома, но ведет дальше. Хваткий должен осознать, что ему необходимо выяснить, куда же выводит тоннель, пробитый Последователями, на нашей стороне гор. Пусть решит, что нужно побыстрее это узнать, а также доставить к Императору Заарду и все новости, которые связанны с обитателями Великих равнин. Нужно обратить все его внимание на это, чтобы ни в коем случае он даже намеком не догадался о том, о чем ему знать не нужно. А мы тем временем как можно скорее займемся тем, чем следует.

Взгляд Лейры стал вопросительным.

― Твой отец не сможет вновь принять бремя Хранителя. Он хотел закрыть Излом, ― паузу Крутт сделал почти незаметную. ― Не придется жертвовать ни тобой, ни Корденсом.

― Ты с ума сошел! ― Лейра почувствовала, что начинает терять самообладание. Ее голос чуть не сорвался в противный визг, тело начала бить дрожь, будто в ознобе. ― Мы вернем отца в замок, опустим в Источник. Он излечится. Как ты можешь предлагать мне принести в жертву собственного отца?! Ты просто…

― Если ты начнешь истерику, я тебя поцелую, ― спокойно сказал Крутт. Оборвав фразу на полуслове, Лейра вскинула руки запрещающим жестом.

― Даже не смей прикасаться, ― вдруг совершенно спокойно и холодно проговорила она, словно всего лишь мгновение назад не готова была растерзать магистра.