― Объясни, ― потребовал Крутт.
― Разве вы не чувствуете? ― по голосу Лейры было слышно, что она слегка поддразнивает магистра, но эта легкая шалость облегчением пронеслась по плечам всех присутствующих. ― Излом исчез, а Источник-то нет. Он в нескольких десятках шагов от нас. Да и с чего бы ему исчезнуть? Ведь кровь Хранителей только что была пожертвована ради его присутствия. ― Тут Лейра чуть помрачнела, но сразу же попыталась продолжить беззаботно: ― А мы, ― свободная рука непроизвольно легла на живот, ― попросим его проводить нас домой. Не отказал же он в свое время моему отцу в просьбе. Значит, не откажет и мне.
― Это действительно невероятная затея, но почему бы и не попробовать, ― в голосе Крутта звучала улыбка. Было слышно, как украдкой вздохнул Трэнк, как забормотал под нос Хельдрик, видимо, прикидывая возможность осуществления задуманного.
― Я настаиваю, что сначала нужно поесть и немного подремать, ― голос Халы был тверд, но в нем сквозило неприкрытое облегчение. ― Ни Лейра, ни Трэнк, ни Хельдрик все равно не смогут отправиться в путь немедленно. Нам всем нужен отдых.
Никто не осмелился возразить целительнице. После скудного перекуса Лейра подложила под голову свернутый плащ и лежала, прислушиваясь к возне спутников. Переругиваясь, пытались устроиться рядом с Трэнком Крутт и Хельдрик, почти мгновенно затихли в обнимку Орф и Хала. Фезар напряженно сопел под боком, стараясь не касаться Лейры ничем, кроме привязанного запястья. Она лежала, закусив большой палец свободной руки, чтобы не дать горячим слезам, беззвучно катившимся из-под плотно подогнанной повязки, спуститься в горло и превратиться в глухие рыдания.
Но Источник был где-то рядом. Лейра не могла его увидеть, но чувствовала отчетливо. Он ослаблен, как и она сама, после поглощения Излома. Однако, в отличие от нее, совершенно безмятежен. Ему было все равно, что один из Хранителей, слившись с ним, потерян для своих близких теперь уж точно навсегда. Источник принял герцога Рондфорта, как сотни его предков, в свои объятия, и теперь лишь живые, связанные с ним кровью, имели значение. «Может, не так уж неправы таараны в своем убеждении, что значение имеет только жизнь, а не смерть», ― глотая соленую влагу, думала Лейра, прислушиваясь к Источнику. Казалось, что он шептал своей Хранительнице о том, что все хорошо, все позади, Излома больше нет, а значит, нет поводов для тревоги и грусти. Под этот убаюкивающий шепот она и уплыла в сон без сновидений.
Глава 24
Корденс не сводил взгляда с выдолбленных в каменном полу пещеры странных знаков. Саднящая боль в пальцах не давала ему сосредоточиться. Два ногтя на правой руке он содрал до основания. Салира заявила, что восстановить их не может, сами отрастут со временем.