— Ты обещала, что сегодня никакой работы.
— Ты прав, прости, — со вздохом согласилась я. Но мысленную пометочку себе сделала.
Вслед за хозяевами мы прошли в небольшую гостиную, где тира Тарт уже стелила на стол белоснежную скатерть.
— Совсем отощали, — приговаривала она. — Кожа да кости. — Ашерон, ты что ли девочку совсем не кормишь?
— Боюсь, только я её и кормлю, — хмыкнул василиск. — Василиса за работой вообще обо всём забывает.
— Ещё и работящая! — ахнула тира. — Не то что эти ваши вертихвостки. Хватай её и замуж тащи, пока не увёл кто.
— Я прошу прощения, — вклинилась я. — А моё мнение на этот счёт никого не интересует?
— Как это не интересует? Очень даже интересует! — кивнула женщина. — Но я же вижу, как ты смотришь на Ашера. Тут любовь! Эх, молодое время…
Я едва заметно вздрогнула и покосилась на Ашера. Он тоже искоса поглядывал на меня. Видимо, силился разглядеть в моих глазах то самое чувство. Которого, естественно, не было. Что я, совсем что ли?
— Блажь это всё, — заявил хозяин, внося в комнату кастрюлю с едой. — Эти контракты ваши. Надо по-человечески. Чтобы один раз и на всю жизнь.
Теперь уже я изучала Ашера, на лице которого появилось озадаченное выражение. Неужели он даже не задумывался о таком? Не со мной, конечно же… А вообще.
— Ой, не дави! — проворчала хозяйка, расставляя тарелки. — Молодые сами разберутся. А ты со своими старыми взглядами…
— Не старыми, а человеческими, — упёрся мужчина. — Вот ты, — обратился он к Ашеру. — Окольцуешь любимую женщину на три года по этому вашему контракту. А дальше что?
— Что? — стиснул зубы Ашер.
— По рукам она дальше пойдёт, вот что! И ты это допустишь?
Повисла пауза. Игривый настрой куда-то резко испарился. Ашер стоял с закаменевшим лицом. Тир Тарт сверлил его суровым взглядом. Тира Тарт застыла, держа в руке половник с какой-то похлёбкой, и переводила взгляд с одного на другого.
А потом раздался глухой шлёп, и кусок мяса из той самой похлёбки оказался на столе, забрызгав белоснежную скатерть каплями соуса.
Глава 24.4
— Вот это несчастье! — ахнула тира Хлое. — Какое же несчастье! Моя любимая и самая лучшая скатерть с ручной вышивкой испорчена! Как жить дальше!
Мы втроём тупо уставились на причитающую женщину, которая ловко убирала со стола посуду, не забывая, впрочем, заламывать руки в нужных моментах, подтверждая собственные слова.
Что ж, если она хотела отвлечь всех от скользкой темы, то у неё получилось безукоризненно. Напряжение спало. Теперь присутствующие были озабочены бурым пятном, которое мясо оставило на скатерти.