“Он забрал мои карточки. Мой телефон. Мою работу. Моих друзей. В течение двух месяцев моим миром был наш дом и все мероприятия, на которые, по его мнению, я была достаточно "презентабельна", чтобы их посещать. Никаких криков. Просто ничего. Маленькая вежливая тюрьма.

Она снова смеется, дрожащим звуком.

“Итак, когда я говорю, что подвергаю себя большому риску, находясь здесь, - заканчивает она, - я не драматизирую”.

Она говорит это так, как будто пытается напугать меня, как будто это та часть, где я вспоминаю, кому она принадлежит, насколько опасна ее жизнь. Как будто это предупреждение должно заставить меня отступить.

Я этого не делаю.

Я хмурюсь, но не из-за нее, а из-за истории, которая криво засела у меня в голове.

- И все же, - медленно произношу я, - ты здесь.

Она моргает. “ Да, Нико. Очень проницательный.

“ Ты сбежал, ” говорю я, игнорируя это. “ Он пытался остановить тебя. Ты все еще здесь. Для него это не совсем история успеха, не так ли?”

Ее челюсть сжимается. “ Он получил то, что хотел. Я вернулась.

“ На ногах, ” говорю я. - Не по частям.

Она закатывает глаза. “Это не фильм. Не обязательно проливать кровь, чтобы что-то было разрушительным”.

“ Я знаю это, ” говорю я. “ Но послушай себя. Ты сделала то, чего он не планировал. Ты ушла. Ты заставила его преследовать тебя. Он наказал тебя, да, но ты не исчез. Ты не сломался. Ты все еще говоришь ему ”нет", стоя сейчас в сарае моего друга вместо того, чтобы улыбаться на торжественном приеме ".

Ее рот открывается, затем закрывается.

“ Мне кажется, что самое страшное - это не твой отец, ” говорю я. “Это то, что ты можешь сделать, если он не будет дергать тебя за ниточки”.

Она замирает.

“ Дело не в этом, ” наконец говорит она. “ Я боюсь скандала. Я боюсь разрушить твою карьеру. О том, что я был причиной того, что все это закончилось тем, что ты получил по заднице”.

“ Это тоже не то, ” тихо говорю я. “ Ты его не боишься. Чего ты боишься?

Она судорожно втягивает воздух. Ослик фыркает, ерзая в своем стойле.

- Элиза, чего ты боишься?

-Нико, не надо...

“Élise…”

“Я боюсь, что ты узнаешь, что я фальшивка”. Она отвечает, прежде чем успевает остановиться, повышая голос. Испуганный осел действительно хватается за ее руку.

В стойле становится тихо. Животные поднимают головы, затем возобновляют жевание, и в наступившей тишине она продолжает.

“ Ты хотел заполучить меня в качестве трофея, и это было безопасно. Теперь ты, кажется, думаешь, что для меня есть нечто большее, чем блеск и драгоценности. Что произойдет, если вы обнаружите, что позолоченная поверхность - это все, что там есть?”