— Нет, — покачал головой тот. — Думаю, разговор затянется.

Уже открывая дверь, услышал за спиной голос Джиоева:

— Садись с нами, отец. Новости местные расскажешь, заодно и поужинаем. Пять капель примешь? Невесты, кстати, у вас тут водятся?

— Такие вот дела, Глебушка, — печально, как показалось Чужинову, вздохнув, закончила свой рассказ Старовойтова. — Теперь только тебе решать: возьмешься ты за это дело или нет.

Глеб помолчал.

— Признаться, Евдокия Петровна, я думал, о другом речь пойдет.

— О чем другом, Глеб?

— Слухи разные ходят, — неопределенно ответил Чужинов.

— О чем слухи?

— Говорят, вы вакцину пытаетесь получить. Если, мол, сделать инъекцию, электричеством снова можно пользоваться без всякой опаски, что начнешь мутировать в тварь.

— Господи, Глеб, ну какая вакцина, о чем ты говоришь⁈ — Старовойтова разве что руками не всплеснула. — С моими-то убогими возможностями? Ты бы видел мою лабораторию! Средневековый алхимик и тот по полу катался бы от смеха! Ты же неглупый человек, Чужинов! Интересовалась я, какие книги ты читал, пока здесь находился. Мне хотя бы с этой проблемой справиться, какие уж тут вакцины⁈ — И, несмотря на серьезность ситуации, задала, вероятно, давно интересующий ее вопрос: — Глеб, а что, ты действительно так поэзию любишь? Треть прочитанных тобою книг — сборники стихов. Удивительно… помнится, даже Петрарка среди них был.

— Люблю, Евдокия Петровна, — смутился Чужинов. — Есть в стихах особенные мелодия, ритм, чувства, в прозе редко такое встретишь.

Правда, о том, что и сам когда-то пытался писать и даже выкладывал на тематических сайтах, промолчал. Не сказал еще и потому, что совсем другого от него ждала Старовойтова, а именно — его согласия.

— Понимаете, в чем дело, Евдокия Петровна, — осторожно начал он и сразу заметил, как напряглась Старовойтова. — Одному мне или даже вдвоем-втроем нам не справиться, понадобится еще несколько человек, причем лучшие. Риск огромный, и потому необходим какой-то приз, что ли, награда. Не для меня лично — я вам и так безмерно благодарен, и дай бог хотя бы часть долга таким образом перед вами погасить. Понятно, то, что вы делаете, касается всех без исключения, ведь никто от инфекции не застрахован… и все же. Боюсь, одного моего авторитета не хватит, чтобы собрать группу и повести ее в Однинск.

— Да, Глеб, хочу сказать: сам ты можешь уже не бояться. Раньше у меня сомнения были, теперь они в уверенность переросли. В твоем организме достаточно антител, чтобы справиться с заразой. Но пожелаешь ли кому-нибудь приобрести исключительность тем же путем, что и ты?