В зале повисла тишина. Идея была не новой, но никто и никогда не предлагал ее в присутствии всех этих людей.

— Гильдию, — продолжил я, — которая возьмет под легальный контроль поставки всех редких ресурсов. Гильдию, которая создаст прозрачные и честные правила игры для всех. Гильдию, в совете которой будут представлены интересы всех ключевых фракций. И торговых домов, и ремесленников, и тех, кто до сегодняшнего дня был вынужден действовать в тени.

Я закончил и сел. Слово было сказано. Теперь дело было за ними.

Первым, к моему удивлению, поднялся Марко Валетти. Он говорил не с тем отчаянием, что я видел в его кабинете, а с холодной, расчетливой уверенностью бизнесмена.

— Предложение господина Маркуса кажется смелым, но оно логично, — сказал он, глядя прямо на эмиссара. — Вражда действительно зашла слишком далеко. Она стала приносить колоссальные убытки. Дом Валетти готов рассмотреть возможность альянса, основанного на взаимной выгоде и стабильности. Новая гильдия, контролирующая потоки ресурсов, это шаг к порядку. И я готов поддержать этот шаг.

Он сел. Коротко, по делу. Никаких эмоций. Просто бизнес. Затем встал Громм. Его голос был подобен грохоту молота по наковальне.

— «Наковальня» задыхалась, — пророкотал он. — Нас душили. Эти люди, «Ключники», сняли с нашей шеи удавку. Они вернули нам не просто руду. Они вернули нам возможность работать. Если создание этой гильдии означает, что мы больше никогда не будем зависеть от прихоти бандитов и интриганов, то Гильдия Кузнецов и остальные гильдии «Наковальни» поддержат ее. Нашим словом и нашим делом.

Инженер и ювелир лишь важно кивнули, не беря слово.

Последним поднялся Одноглазый Ларс. Он не повышал голоса, но его тихий, хриплый голос заставил всех замолчать.

— Мои люди не бандиты, — сказал он, глядя на Громма, и тот слегка стушевался. — Мы бизнесмены, которые вынуждены работать в тени, потому что свет облагается слишком высокими налогами. Мы рискуем. Но мы приносим в этот город товары, которые иначе сюда бы не попали. Предложение господина Маркуса, это возможность выйти из тени. Возможность вести нужные и важные дела честно, без риска потерять все в один момент. Это возможность стать частью города, а не его изнанкой. Мы готовы обсуждать условия.

Он сел. Все фигуры на доске сделали свой ход. Единый фронт. Торговцы, ремесленники, контрабандисты. Непримиримые враги и тайные союзники, все говорили одно и то же.

Эмиссар Джулиано, который до этого лишь молча слушал, медленно кивнул. Он смотрел на меня, и в его бесцветных глазах я увидел блеск интереса.