Шериада подняла брови.

— Неужели?

— Да, госпожа. Земли и так мало, чтобы рыть могилы. Зарывают только урны, и то не всегда.

— Хм, ну да. Успокоиться в огне — тоже отличный вариант. Я пробовала пару раз. Даже лучше, чем в гробу. Знаете, расслабляет.

«Сумасшедшая», — читалось во взглядах гостей.

— Госпожа, простите, но они же приведут во дворец личную гвардию, — взволнованно сказал Шериаде Рай после того, как мы покинули церемонию. — Каждый лорд, и тогда здесь будет бойня. Простите, но что вы делаете?

Шериада посмотрела на него, как на ребенка.

— Армию? А я о чем? Зачем, ты думаешь, мы так рано сюда приехали? Чтобы эти глупцы подготовились. Пусть приходят, пусть тащат свои армии и все, что у них есть, и поймут — все это бесполезно.

— Но, госпожа…

— Никаких «но», я разберусь.

Рай беспомощно посмотрел на меня — помоги, мол, убеди.

— Разберется, — повторил я.

Возможно, Рай решил, что я тоже сошел с ума.

После поминок Шериада навестила короля. И королеву, которая осталась с венценосным супругом, больным настолько, что он даже не смог встать с постели. Что именно происходило за закрытыми дверьми королевских покоев, я не знаю: нас туда, конечно, не пустили. Рай остался в лакейской, а мне было велено прогуляться и найти сестру.

— Она там, с герцогом Стрерским, — сказала Шериада. — В белом. В смысле, она в белом, а он в черном. Хм, может и мне стоило надеть траурный наряд? Этот глупец все-таки был моим родственником, хотя дальним, — она опустила взгляд на подол своего черного, как ночь, платья. — Ну и бездна с ним. Ах да, Раймонда я защитила, не волнуйся. Даже если сюда ворвется толпа оживших мертвецов или демонов, или дворец вдруг взорвется, твой друг уцелеет.

Я все-таки присмотрелся к Раю, когда она ушла. Защита была: еле заметный золотистый ореол вокруг Рая. Действительно, сгори тут все в прах, он выживет.

— Иди, Эл, — шепнул он мне, оглядываясь на стражников, — она же приказала.

Я тоже покосился на гвардейцев у дверей.

— Не волнуйся. С твоей головы и волос не упадет.

Рай нервно улыбнулся.

— Ты шутишь прямо как она.

— Это не шутка.

— Ну да. Иди, Эл, уведи отсюда Тину.

Мы обменялись взглядами: дворец сейчас был, пожалуй, даже опаснее приморских границ.

«Неужели Шериада убьет всех? Гвардейцев, лордов, их слуг? С нее станется», — думал я, пока шел по знакомым коридорам. Любому придворному они показались бы пустыми. Для меня же здесь было слишком людно: лакеи, стражники, снующие туда-сюда курьеры. Я привык к нуклийскому одиночеству.

На меня смотрели. Пробегавшие мимо лакеи отводили взгляд, а потом останавливались и оборачивались. Шушукались горничные. Гвардейцы вообще глаз не сводили — считали меня угрозой.