Я промолчал. В голове роились воспоминания. Удивление Нуала: «И ты не попытался ее убить?» Слабость Шериады — она даже ходить потом несколько дней не могла. Ее собственные слова про скорую смерть.

— А Повелитель может умереть своей смертью?

Криденс удивленно покачал головой.

— Никогда. У демонов это немного иначе, но и они сами не умирают. Нуклийские Повелители бессмертны. Это значит, что если здесь ты Сиренитти, допустим, убьешь, она возродится в Источнике. Или в Розовом дворце: говорят, она перенастроила портал в свои покои. И вернется мстить. А вернется обязательно. Но почему ты спрашиваешь?

Я молчал. Значит, Шериада лгала, когда говорила, что умрет? Нет, она казалась совершенно искренней. Может, я что-то не понимаю?

— Выходит, отец был прав, — сказал Криденс и улыбнулся. — Она и правда тебе доверяет. Еще бы! Ты совершенно в ее вкусе. Наивный и с потенциалом.

— Твой отец стал бы Повелителем, если бы у него получилось? — быстро спросил я.

— Кажется, я зародил в тебе крамольные мысли, друг мой.

— Мы не друзья.

— Я помню, не волнуйся. Так вот, не стал бы. Повелитель должен быть достоин силы Источника. Другими словами, он должен быть достаточно сильным, чтобы Источник его не сжег. И такой волшебник обязательно бы нашелся где-нибудь в мирах. Так всегда бывает. Победи отец, и за нового Повелителя развернулась бы настоящая охота: Нуклий пытался бы найти его быстрее Лиона. Сотни магов скормили бы Источнику, а на того самого, выжившего, надели бы Венец, и отец сделал бы его своей марионеткой. То же, кстати, произошло когда-то и с Сиренитти. Не найдись так счастливо ее брат, она так и правила бы сейчас по указке Наллиса.

— О чем ты?

— Почитай нуклийскую историю, Элвин, — отмахнулся Криденс. — И хватит меня отвлекать.

Читал я историю — в ней одни сухие факты, никак не объясняющие ни то, куда исчезал принц Лэйен, ни каким образом получил титул, ни как тот же самый Наллис, бывший некогда канцлером, потерял власть. Лишь то, что Сиренитти его убила, а должность канцлера после этого была упразднена.

— Элвин, — неожиданно позвал Криденс. — Запомни только одно: на кону всегда стоят соблазнительные вещи вроде короны или свободы. Только если проиграешь — Сиренитти убьет не одного тебя. Она вырежет всю твою семью. То есть Тину тоже. Понимаешь?

— Но Тина же чело… — я прикусил язык.

Рэйвен тоже был человеком. Шериаду это не остановило.

— Понял, — кивнул Криденс. — Хорошо.

По совету Криденса я ознакомился с нуклийскими хрониками. Согласно им, нынешняя Повелительница была настоящим зверем. Ее последнее развлечение заключалось в том, чтобы вешать еще живого лорда-волшебника на ворота его же поместья с соответствующей подписью, дескать, вот мятежник, предатель, хотел убить моего брата. Так Шериада поступала пока лишь с теми, кто устраивал покушения на Лэйена.