— Тебе нужно вернуться в Арлисс и отдохнуть перед завтрашним Испытанием, — сказал Нуал, заметив, что я успокоился.

— Да, — без энтузиазма откликнулся я. — Мне нужно в Арлисс.

Нуал покачал головой. Он помедлил, словно хотел что-то добавить. Но, ничего не сказав, просто создал для меня портал.

Ори как обычно встретил меня в гостиной. Он улыбался.

— Господин, как хорошо, что с вами все в порядке! Я слышал, что… Господин?

Я смотрел на него как будто видел впервые. Мир сделался серым и совершенно ледяным. Ори поежился.

— Господин, все в порядке?

— Проводи меня на кухню.

— На кухню, господин? Но вы же никогда… — поймав мой взгляд, Ори осекся. — Конечно, господин. Я могу приготовить вам тоник, вы неважно выглядите…

При слове «тоник» я содрогнулся, а Ори побледнел.

— Кухня. Немедленно.

Ори опустил голову и прошептал:

— Конечно, господин.

Наверное, он уже тогда все понял. Но послушно отвел меня на кухню, где я остановился и замер в нерешительности. Взгляд скользнул по аквариуму с осьминогом, разделочному столу, огромным шкафам — везде идеальный порядок и чистота.

— Господин?

— Где ингредиенты для тоника?

— Г-господин?

Я проследил за его взглядом, повернулся и попытался открыть один из выдвижных ящиков в тумбочке у окна. Он оказался заперт. Бледный, как полотно, Ори следил за тем, как я дергаю ящик в попытке открыть.

— Где ключ?

Ори упал на колени.

— Господин, не надо!

— Ключ, — я почувствовал в своем голосе магию, но извиняться не стал.

Против воли Ори снял с шеи шнурок с ключом и протянул мне.

В ящике, кроме трав и настоек, обнаружилась резная шкатулка с волосами, которые я узнал сразу: они принадлежали Алие.

Я бережно закрыл шкатулку, поставил на место и обернулся.

— Как давно?

На Ори было страшно смотреть: он трясся, весь белый, словно вот-вот упадет в обморок. Однако он ответил:

— С п-перв-вого д-дня, г-господин.

— Почему?

Ори зажмурился.

Я опустился рядом с ним на колени и взял за руки: они были ледяными, как и мои.

— Ори, почему?

Он открыл глаза и посмотрел на меня. Его взгляд был совершенно мертвым.

— Ори?

— Лучше убейте меня, господин, — произнес он. — Вы же все равно это сделаете. Не заставляйте ждать.

Эти слова ударили даже сильнее предательства.

— Я хоть раз был с тобой груб?

Ори замотал головой.

— Но это ведь не имеет значения, да? Ты сказал «с первого дня», ты меня тогда даже не знал. Зачем, Ори? Скажи. Пожалуйста.

Он опустил взгляд и очень тихо произнес:

— Мне обещали свободу. И новую жизнь в Средних мирах. Они не могли меня заколдовать и заставить тоже, но… Вы не поймете, господин. Вы не знаете, как здесь живут такие, как я. Как с нами обращаются. Я знал, конечно, что они вряд ли исполнят свое обещание, но даже надежда — это уже очень много. Я не хочу больше быть вещью.