— Седьмой… Да, помню. Его года три, наверное, назад снесли, там теперь складские помещения. Но их дела нам не поступали — и так на ладан дышим. Старые дела седьмого, если они вообще сохранились, должны были отправить в первый приют.

— А где это? — спросил я.

— На Амбарной улице, дом двенадцать. Большое кирпичное здание в три этажа, с чугунной оградой и воротами. Вы его не пропустите.

Четкий адрес. Наконец-то. Я поблагодарил женщину коротким, искренним кивком, сказал «спасибо вам» и почти выбежал на улицу, не сдерживая уже шаг.

Мысль пронеслась в голове яркой, обжигающей вспышкой: если повезет, если документы там и мне удастся их увидеть, получить какую-то справку или просто информацию, я смогу покинуть Мильск уже сегодня вечером.

Уйти до того, как случайность, бдительный взгляд стражи, возможное появление Феди или просто чей-то лишний любопытный вопрос выдаст меня. Вернуться к Вирру в лес, к его обучению. Дальше — в Таранск, или куда глаза глядят, но уже не с пустыми руками, а с ответами, с нитью, за которую можно ухватиться.

Я свернул на более широкую, оживленную улицу, уже мысленно прикидывая путь до Амбарной, вспоминая увиденные вчера ориентиры.

Здание детдома оказалось богаче того первого: двухэтажный каменный дом с чистенькой штукатуркой, окруженный невысоким чугунным забором. На воротах висела вывеска: «Городской приют № 1».

Сердце заколотилось чаще. Я толкнул калитку, прошел по выщербленной каменной дорожке к тяжелой дубовой двери и дернул за ручку звонка. Где-то внутри прозвучал глухой бронзовый звон.

Дверь открыла женщина которая выглядела как сестра-близнец, той из первого посещенного мной детдома. Только одета получше.

— Вам что, молодой человек?

— Я ищу документы, — сказал я, стараясь звучать уверенно. — Мне сказали, что сюда несколько лет назад передали архивы из седьмого приюта.

— Да, передавали, — кивнула она. — После сноса того здания. А вам на что?

— Меня отдали в седьмой. Мне нужно узнать… кто мои родители. Мне уже семнадцать.

Она изучающе посмотрела на меня, потом отступила, пропуская внутрь.

— Проходите.

Внутри пахло щелоком, вареной капустой и старым деревом. Меня провели по коридору на второй этаж, в кабинет.

— Присядьте. Как вас зовут?

— Саша.

— Фамилия?

Я на секунду запнулся. По идее моей настоящей фамилией была Котов, как у тети Кати и дяди Севы, но ее я получил уже после усыновления, а в детдоме, если меня отдали с целью спрятать, вряд ли называли какую-то фамилию. Так что, раз я по-прежнему не хотел вмешивать тетю Катю, то и свою «нынешнюю» фамилию можно назвать любую.