По полу арены разошлась вибрация.

— Думаю, этого достаточно, — сказал я.

Он закашлялся, пытаясь восстановить дыхание, потом, когда удалось нормально вдохнуть, издал тяжелый стон боли.

— Да… — прохрипел он. — Думаю, достаточно.

Я подал ему руку. Он принял, поднялся, отряхнул штаны. Лицо было сосредоточенным, не злым. Кивнул мне, и потом еще раз — похоже, самому себе, уже мысленно с чем-то разбираясь. Правильный парень.

Выйдя из-под купола, я вернулся на свое место в строю. По рядам наблюдавших студентов пробегали шепотки. Сбоку Яков коротко глянул, но ничего не сказал. Селезнев, не поднимая головы, сделал пометку в списке.

Я мазнул взглядом по строю и остановился.

Катерина. Она смотрела на меня не прямо враждебно, но в ее взгляде, в отличие от взгляда Натальи, был очевидный вызов. Она смотрела так, будто выбирала, как именно провести со мной следующий бой.

После где-то десятка боев меня свели с девушкой под двадцать седьмым номером. У Селезнева, похоже, были свои правила составления пар. Быстрая, худощавая противница, с темными волосами, зачесанными назад. Магия — лед.

Под куполом она не стала сближаться. Сразу развела ладони, и из воздуха между ними, как из формы, вылепилось четыре ледяных копья. Девушка коротким жестом пустила их в меня веером.

Я ушел с линии атаки. Два копья прошли мимо, одно отвел предплечьем — оно хрустнуло и осыпалось белой крошкой по стальному наручу. Холод проник в плоть, но неглубоко, нейтрализованный белым пламенем. Четвертое копье я поймал на вспышку пламени алого.

Копье втянулось в пламя, зашипело и осело в шар воды, опавший на пол.

Противница тут же перестроилась. Подскочила ближе, и по ее ногам пошел легкий голубоватый блеск. Насколько показывало духовное зрение, это была не полноценная магия физического усиления, а техника, основанная на магии льда, так что ее эффективность была ниже, но все равно более чем достойной.

Последовал удар с ноги в корпус. Принял его на плечо, чуть просел, чтобы направить импульс в пол. Она отскочила, развела руки, снова создав четыре копья — уже быстрее и с ближней дистанции.

Я дал ей поработать. В конце концов это был формальный спарринг, необходимый для оценки студентов. Да и мне было интересно вот так столкнуться со стихийными Магами: не на поле битвы, а на арене, имея возможность не беспокоиться о лишнем.

А еще мне нужно было, чтобы все, кто сейчас на меня смотрел, увидели мое пламя. Это был единственный железный аргумент в пользу того, что я не Практик, и его должны были осознать как можно больше людей.

Копья шли снова и снова. Я отвечал: сбивал пламенем, уходил с линии, коротко разгонялся для сближения, чтобы не дать ей расслабиться, отступал, снова разгонялся. Раз, два, три.