Пока я плыла на этой волне, Талон опустился на колени между моих ног, закинув их себе на плечи. Он присосался к внутренней стороне моего бедра, прямо под пахом, а затем вонзил в мою плоть острые, как лезвия, зубы, что заставило меня закричать от боли и удовольствия, одновременно кончая в третий раз. Я чувствовала, как горячая кровь струится по моему бедру, смешиваясь с семенем и смазкой, капающими из моего лона, и собираясь лужицей подо мной на кровати и на полу, пока Талон зарывался в рану, высасывая и вылизывая её.

Где-то на периферии сознания я уловила, как открылась дверь, и Кейд внёс в комнату медицинские принадлежности. Талон перевязал свою метку, оберегая её так же, как Киллиан свою. Кейд провёл руками по моему телу, проверяя, нет ли других повреждений. Райкер одел моё обмякшее тело, и вскоре я уже стояла, прижавшись к тёплой, широкой груди, пахнущей виски.

То, как они слаженно работали в тандеме, заботясь обо мне, заставило моё сердце пропустить удар. Кейд прошептал мне на ухо: «Хорошая девочка, Роуэн », и я уткнулась в него, ища утешения.

Секс с Талоном был невероятно интенсивным, необузданным и граничащим с полным поглощением. Но мне были нужны похвала и заверения Кейда, чтобы уравновесить то унижение, которому подверг меня Талон. Даже извращённые слова одобрения Райкера во время секса помогли смягчить тьму Талона.

Каждый из этих трёх мужчин играл свою роль, давая мне именно то, чего я от них жаждала, каждый по-своему. Талон взывал к тьме внутри меня со своей первобытной интенсивностью, но я также чувствовала странное притяжение и некое родство с его природой оборотня. Кейд был контролирующим и властным, но при этом сильным и всегда надёжным. Его похвала заставляла мои инстинкты омеги расцветать от удовлетворения, которое я не могла отрицать. Это, наряду с мягкими улыбками, предназначенными только для меня, приносило мне покой. Райкер давал юмор, похоть и лёгкую энергию, предлагая передышку от напряжения своими игривыми поддразниваниями. Вместе они заполняли те части меня, о пропаже которых я даже не подозревала, и каждый давал мне что-то уникальное и жизненно необходимое.

Мы все покинули комнату, и когда мы вышли в коридор, доктор Золкос стоял снаружи, ожидая нас.

— Мы уходим. Седативное сработало. Теперь, когда его действие закончилось, его волк снова бодрствует, но он не обращается. Похоже, метка и спаривание с нашей омегой помогли. В дальнейших тестах нет необходимости. Спасибо за помощь в этом вопросе, — сухо бросил ему Кейд, пытаясь пройти мимо.

— Это замечательные новости. Однако нам нужно провести дополнительные тесты на омеге. Я бы хотел оставить её здесь на ночь. Мы возьмём ещё кровь на анализы. Лейтенант Грейсон недавно спарился с ней, и результаты могли бы многое нам рассказать о… — Он резко замолчал, когда Кейд оборвал его низким, предупреждающим рыком.