Гиперстимуляция заставила моё нутро пульсировать.

Какие метаморфозы произошли внутри моего тела, пока я была под седативными?

Я знала, что подавители давно покинули мой организм.

Неужели именноэто значит быть омегой?

Мои обострённые чувства — слишком восприимчивые и сильные — заставили меня заскулить и застонать. Моя кожа жаждала прикосновений уютных тканей, а нос изнывал по запахам, которыми они были пропитаны. Я тёрлась о постельное бельё, пытаясь зарыться в тёплые одеяла и покрыть себя этими восхитительными ароматами.

Движение в комнате привлекло моё внимание к коричневому кожаному креслу, в котором сидел Кейд, подавшись вперёд. Он голодно наблюдал за мной, потирая большим пальцем губу. Я залилась краской при мысли о том, как только что скулила и тёрлась о постель. Какого хера он пялился на меня так пристально, что по коже бегали мурашки?

— С возвращением, Роуэн. Как спалось? — спросил его низкий баритон с другого конца комнаты.

— Как убитая, Кейд. Но для того седативные и нужны. Чтобы держать беспомощных женщин в отрубе, пока вы их похищаете и творите с ними всё, что вздумается, я права? — огрызнулась я.

Мне было плевать на то, чтобы скрывать своё нежелание подчиняться, и я больше не собиралась говорить «сэр» и «пожалуйста».

— Я смотрю, к тебе вернулся твой огонёк. Райкер говорил, что подозревал, будто твоя покорная натура — лишь уловка. Как ты себя чувствуешь?

Я на миг задумалась, кто такой Райкер.

Теперь я чуяла запах Кейда так сильно, и он туманил мой разум. Он не мурчал, но один лишь его аромат успокаивал меня. Он был как виски. Мягкий, солодовый и древесный, с едва уловимой сладостью. У меня слюнки потекли, и, как бы зла я ни была, я хотела оказаться к нему ближе. Хотела вдыхать его запах и уткнуться носом в изгиб его шеи.

Какого чёрта со мной происходило?

Испытывать порывы обнюхивать чужие шеи было ненормально.

Голова шла кругом. Мой рациональный мозг боролся с новыми инстинктами омеги. Резкое чувство переполненности в мочевом пузыре дополнило пульсирующую боль между ног, напоминая о том, что мне срочно нужно отлить. Я подумывала о том, чтобы поспорить с Кейдом ещё, но для начала мне нужно было разобраться со своими нуждами.

— Я до смерти хочу пить, Кейд, и я, э-э… мне нужно пописать. Очень сильно.

Он обдумал мою просьбу, прежде чем резко встать и выйти из комнаты; мгновение спустя он вернулся с большим стаканом ледяной воды. Запотевшее стекло покрывал конденсат, и сочная капля воды стекала по стенке, соблазняя меня выпить её. Я облизала потрескавшиеся губы. Кейд протянул мне стакан, но как только я потянулась за ним, он убрал его за пределы моей досягаемости.