Кейд был не из тех, кто спрашивает разрешения. Он брал то, что хотел. Его просьба о словесном подтверждении того, что я тоже этого хочу, стала для моего разума зелёным светом, необходимым, чтобы дать телу отмашку. Раньше я не особо задумывалась о сексе — мысли о девственности всегда заставляли меня чувствовать себя белой вороной среди сверстниц. Но, если быть честной с самой собой, с момента моего похищения только об этом я и думала.

Я хотела этого.

Я хотела его.

Я понимала, насколько это было пиздец как неправильно, учитывая обстоятельства, но я потратила столько лет своей жизни, пытаясь задавить сексуальные желания химией. Ломка внезапно освободила меня от цепей воздержания, и я хотела исследовать все те тайные вещи, о которых Лили и Харпер шептались на заднем сиденье. Слушая, как они обмениваются историями о своих партнёрах и сексуальном опыте, я чувствовала себя какой-то аномалией.

Я никогда не думала, что у меня может быть такое. Но теперь это было возможно, если бы я только набралась смелости просто признать, что хочу этого. Я старалась не испытывать вину и стыд за потребности своего тела. Я напомнила себе, что всё ещё планирую сбежать, но пока что могу хотя бы использовать этих мужчин для собственного удовольствия.

— Да, сэр, — дрожащим голосом ответила я.

Я знала, что Кейду нравится, когда я называю его сэром, а моё тело уже давно миновало ту черту, когда можно было пытаться ему сопротивляться. Позволив инстинктам омеги подавить рассудок, я чувствовала лишь непреодолимое желание угодить ему.

Я хотела заставить его рассмеяться снова — так же легко, открыто и свободно от постоянной мёртвой хватки контроля, которую он обычно на себе нёс. Мне нравился такой Кейд. Но, как бы я ни ненавидела в этом признаваться, мне нравился итакой Кейд. Властный, контролирующий и бескомпромиссный собственник.

Он скользнул рукой между моих ног, накрыв ладонью моё лоно.

— Теперь это моё. Я могу смириться с тем, чтобы делить тебя с братом и нашей стаей, но если кто-то другой попытается забрать то, что принадлежит нам, он труп, — прорычал он.

Обхватив мои бёдра мускулистыми руками, он поднял меня на кровать и уложил на спину. Он навис надо мной, запирая меня в клетку своей массивной фигуры. Я хотела видеть его — всего. Вцепившись в его футболку, я попыталась стянуть её.

— Сними футболку, — скомандовала я низким голосом, пародируя его в меру своих способностей.

Он снова издал этот потрясающий смех, выбив из меня порцию смазки между ног. Я обожала этот звук. Затем он выполнил мою просьбу, стянув футболку через голову и обнажив плотные, рельефные мышцы и тронутую загаром золотистую кожу. Его тело вызывало зависимость.