Но если ты знаешь, воин,
Что родина за тобою, —
Помни о грозной клятве,
А не об ином законе,
И, совершив свой подвиг,
Падешь ты на поле боя,
Но будешь увековечен
В Цилиневом павильоне.
Ду Фу.
Фатих:
— Повелитель, можно мне тоже попробовать?
Царь с колебанием смотрит на наложницу. Он не сомневается в ее способностях, но ему и представить страшно, что кто-то может поранить девушку. Однако в то же время он видит, каким нетерпением горят синие глаза, и насколько чужеземка уверена в себе. И нет сил отказать:
— Только на деревянных мечах.
Виалль кивает, снимает с себя перевязь и берет в руки тренировочное оружие. И почти невозможно смотреть на то, как тонкая стройная фигурка приближается к вытоптанной сотнями ног площадке, где обычно соревнуются между собой стражники, оттачивая воинское умение. Сейчас там упражняются новички, едва вступившие в стражу, и еще не настолько умелые, как опытные воины, прошедшие множество битв. И хоть их сила пока не так велика, мечом они уже владеют.
Хочется приказать Виалль вернуться назад, во дворец, или еще лучше, на ночную половину, схватить в охапку, унести подальше. Но только чуть плотнее сжимает царь губы и молчит, потому что знает — не простит ему она такого. Назначив ее личным стражем, он уже сделал ее свободной, и теперь опять неволить не имеет права.
Стражники со скрытыми усмешками глядят на девушку в такой же одежде, как у них, а та отвечает им лишь безмятежной улыбкой. Неслыханное дело — сделать деву воином, но все они знают о том, что у северян и женщины порой ходят в военные походы. Да и странные сплетни, будто она то ли демон, то ли ифрит, сейчас у всех на слуху. Но даже если эта дева и не человек, сейчас она — фаворитка повелителя, и поранить ее равносильно подписанию себе смертного приговора. Однако никому из стражей не хочется притворяться слабым и позволять чужеземке избить себя.
Наконец, после долгих перешептываний и перемигиваний, из строя выходит один, самый молодой и неопытный, и в руках у него точно такие же деревянные мечи, как у девушки. Никому из воинов не верится, что эта дева хоть что-то знает, помимо того, как показывать фокусы, притворяясь сильнее, чем есть, и доставлять удовольствие на ложе.
Молодой стражник с усмешкой смотрит на чужеземку и дожидается условного знака о начале поединка. И как только звучит сигнал, бросается вперед, занося тренировочный меч. Он вовсе не хочет покалечить любимую наложницу повелителя, только припугнуть слегка, и остановить руку до того, как оружие коснется кожи. А чужеземка все с той же улыбкой до последнего стоит неподвижно, и лишь когда с нападающим ее разделяют считанные сантиметры, делает быстрый плавный шаг в сторону, взмахивает рукой, так что на солнце на миг сверкает массивный золотой браслет, и замирает неподвижно. Стражник же проходит еще несколько шагов вперед и тоже останавливается.