— Так вы знаете этого человека?
— Да. Это мой будущий муж. Просто я до этого никогда не видела его без бороды.
— Значит, полицию вызывать не надо? — у нее на лице огромными буквами написано нежелание оповещать власти о том, что в работе «Второй реальности» произошли такие серьезные накладки.
— Конечно! — мне и самой не нужны вопросы и лишние разбирательства, — и я даже не стану подавать на вас в суд!
На лице менеджера написано глубокое облегчение — еще бы, разом разрешилось столько проблем, и она счастлива, кажется, не меньше меня.
— Когда он очнется? — спрашиваю, снова вернувшись к капсуле и прилипнув к прозрачной поверхности.
— Через двенадцать с половиной часов.
Я киваю.
— Оставьте нас, — и отворачиваюсь от нее и кладу ладони на толстое холодное стекло, потом и вовсе прижимаюсь к нему щекой.
— Фатих, — зову я, но он меня пока не слышит.
«Двенадцать часов», — думаю я. Теперь мне надо найти в себе силы, чтобы уладить все проблемы, купить одежду для повелителя, привести себя в порядок — ведь он не должен увидеть меня такой зареванной, да еще и в этой больничной ночнушке.
— Фатих… — кажется, я улыбаюсь, как сумасшедшая, и не могу отвести глаз от заключенного в капсулу тела.
От слабости я едва стою на ногах, надо бы поесть и поспать, но мне страшно уйти отсюда и вновь расстаться с ним. Только мысль о том, что повелителя вряд ли порадует мой измученный и полубезумный вид, заставляет меня покинуть помещение и заняться собой.
Глава 45 Пробуждение
Что грустишь, о голубка, на древе высоком?
Ты печаль растревожила горестным оком.
Потеряла ты друга? Я тоже покинут.
Что ж, мы оба с тобой обездолены роком.
Плачь же, плачь надо мною, пока не увидишь,
Что из глаз моих слезы струятся потоком!
Погляди на меня, каждый вздох мой, как пламя.
Приближаться не надо — сгоришь ненароком.
Улетай же! Быть может, ты встретишь в Хиджазе
Караван кочевой на просторе широком.
Он увозит красавицу, льющую слезы,
Погруженную в думы о доме далеком.
Заклинаю тебя, если встретишь ты Аблу,
Погрусти, помяни обо мне, одиноком:
'Он рыдал на лугу. Только слезы иссякли,
И глаза исходили кровавым потоком'.
ИМРУУЛЬКАЙС
Через двенадцать часов я, едва не подпрыгивая от нетерпения, в окружении нескольких врачей, наблюдаю, как регенерационная капсула разворачивается в горизонтальное положение, и специальная жидкость сливается через множество небольших отверстий. Стеклянная крышка с шипением поднимается и отодвигается в сторону. Я тут же бросаюсь к открывшейся капсуле, и меня никто не останавливает, наверное, понимают, что я и так на грани. Едва сдерживая дрожь, беру руку Фатиха и сжимаю в своих ладонях. И только почувствовав знакомое тепло его сильных пальцев, выдыхаю и наконец полностью убеждаюсь, что он действительно жив, а не является фантомом или моей выдумкой. Все по-настоящему. Мне удалось, мне на самом деле каким-то невероятным образом удалось вытащить его из игрового мира и перенести сюда вместе с собой.