— Да что ж сделать-то? Ежели только кто замуж моих голубок возьмет… Хозяин появится, — вздохнула нянюшка. — Родственников ведь никаких не осталось. Одни они.
— Варвара Алексеевна, царствие ей небесное, покраше сестер была, что говорить… И такая судьба… — доктор помолчал, а потом спросил: — Что с мужиком-то стало? С Потапом?
— На каторгу его забрали! Будь он проклят, ирод! — всхлипнула Аглая Игнатьевна. — Душу невинную погубил, окаянный! Сгинет, и плакать никто не станет!
— И за что он девку придушил? Может, разозлила его?
— Да вы ведь знали хорошо Вареньку, разве могла она кого-то разозлить? Добрая да ласковая… — снова всхлипнула нянюшка. — Бедное дитя… ох, бедное… Я до сих пор не могу в ее комнату войти. Все как было, нетронуто. Матушка, Мария Михайловна, как увидели доченьку, так преставились. Сердечко не выдержало…
— Дааа… беда… — протянул Иван Тимофеевич. — А на чем же ваше хозяйство держится?
— Дворовым еще Алексей Федорович вольные раздали. Чего мучить людей? Остались только те, кому идти некуда, да такие, как я, что без «Черных вод» жить не могут, — ответила нянюшка. — Пока скотина да куры есть, не голодные. Поле хозяин покойный в пользование соседу отдали. От него, какие-никакие денежки капают…
— Нет, положительно Софье и Елизавете нужно замуж идти, Аглая Игнатьевна. Я могу в этом деле поспособствовать, если хотите, — предложил доктор, и мы с Таней испуганно переглянулись. Этого еще не хватало!
— Поспособствуйте, батюшка! Поспособствуйте, голубчик! — защебетала нянюшка, звеня посудой. — Давайте еще рябиновки!
— Я замуж не собираюсь! — прошипела подруга, отойдя от двери. — Уж лучше побег!
— Ну, конечно? — я потащила ее обратно в переднюю. — Ты как себе представляешь этот побег в никуда?! Никто нас насильно замуж не выдаст! Родных нет, приказывать некому! Мы сами себе хозяйки!
Глава 6
Вернувшись в спальню, мы улеглись в кровать и шёпотом принялись обсуждать все, что услышали.
— Сестрицу-то этих барышень задушили, — вспомнила я самый жуткий момент разговора нянюшки с доктором. — Может, это ее молитвами мы здесь?
— В смысле? — Таня сделала большие глаза. — Как это?
— Ну, я же говорила уже! Мы нашли тайник и что-то там активировали! Вот и попали сюда, чтобы правду узнать о ее смерти. Варвары Алексеевны этой… — предположила я. — Понимаешь?
— Пусть так. Но кто тогда ее убил, если не мужик крепостной? — Таня вдруг резко села. — Жених!
— С которым она венчаться собиралась? — нахмурилась я. — Какая-то уж слишком мудреная версия…
Но отбрасывать ее тоже было нельзя.
Примерно через час послышались голоса под окнами, скрип коляски, а потом и удаляющийся стук копыт. Доктор, похоже, отбыл. Пришла нянюшка, принесла наваристого бульона, теплого молока, в котором развела порошки, и проследила, чтобы мы все это выпили. Она открыла окно, чтобы впустить свежий воздух, но вместо этого в комнату потянуло дымком, словно кто-то развел костер.