— Это его проблемы. Отдавать все равно придется, — я была настроена решительно. Нет, положительно, нужно было что-то делать с этим мерзким человечишкой. — Продаст свое имущество.
Бумаги мы спрятали в перине, распоров ткань по шву и зашив его после всех манипуляций. Так будет надежнее.
Когда Таня уснула, я села за стол, испытывая жгучее желание написать письмо своему мужу. Мне так хотелось рассказать, что я чувствую, ведь легче написать то, что ты хочешь донести до человека. Потому что тебя не перебивают, и ты можешь позволить себе больше сказать. Сначала я мысленно поговорила с супругом, рассказала о своих переживаниях, эмоциях, а потом взяла перо с чернилами и начала писать…
Поведав о делах усадьбы, о приезде купца Пименова и планах по поводу консервации, я не стала писать о том, что мы нашли документ. Мало ли… Да и о чудесном воскрешении Сашко тоже умолчала. А потом, волнуясь, добавила:
«Мне так холодно без вас, Павел Михайлович. Так пусто вокруг… И я ненавижу свою холодную постель и молчаливую, наблюдающую за мной комнату… Вы не рядом сейчас, и это не дает мне дышать полной грудью. Не могу сказать, что я ненавижу весь мир, потому что благодаря ему я не погружаюсь в свои печали. Вы дороги мне. Вы дороже всех и всего. Дороже. Я каждый день живу в постоянном страхе за вас. От него сжимается сердце, а кровь превращается в лед. Но я знаю, вы обязательно с честью пройдете через все испытания, и мы будем вместе. В разлуке, время тянется бесконечно… Мы очень давно не виделись с вами. Целую вечность! Скорее бы эта вечность закончилась…»
После этого я подошла к окну, вдохнула запах дождливой ночи и расплакалась, опустив лицо в мягкие концы шали…
Глава 8
Мы с Таней договорились, что пока ничего рассказывать Демьяну не будем. Сначала нужно было разобраться с Грыгоровичем, а потом уже обнадеживать парня.
Когда в усадьбу приехали Петр с Андреем, мы рассказали им о нашей находке, и они сразу же вызвались сопровождать нас. Потому что я хотела лично посмотреть в глаза человеку, который присвоил завещанное отцом своему сыну. Таскать из чужого кармана это одно, но нагло забирать имущество, это уже совсем другое.
— Вы знаете, где он живет? — спросила я молодых людей и Петр кивнул.
— Да, у Николая Григорьевича неплохой домишко недалеко отсюда. Он купил эту землю несколько лет назад.
— Мне интересно, за какие средства он это сделал! — возмутилась Таня. — Понятно же, что на краденые!
— Кроме вашей усадьбы он служил еще в нескольких. Потому что зачастую помещики не особо интересуются делами имения и поручают управление наёмному работнику. Николай Григорьевич — из наемных, и когда-то его рекомендовали даже моему отцу, так как он умел грамотно управлять финансами и обещал обеспечивать стабильные доходы. Но батюшка отказался.