При каждом вдохе в груди неприятно щекочет. Во рту то и дело пересыхает, а в животе возникают спазмы. У меня так часто бывает, когда я нервничаю. Однажды мама даже вызвала скорую, предположив, что у меня аппендицит, а на самом деле оказалось, что живот болел из-за переживаний.

— Майя, ты суп будешь? — доносится голос тёти Люды из кухни. — Я свежий сварила.

Признаться, есть совсем не хочется. Я и в столовой обед свой не съела, не до него мне было, и сейчас аппетита совсем нет. Но если буду голодной сидеть, и до обморока недалеко. Проходили уже это. Поэтому я открываю форточку, переодеваюсь в домашний спортивный костюм и иду на кухню, где довольно аппетитно пахнет.

Тётя Люда как раз разливает суп по тарелкам. Кивает мне, чтобы я переставляла их на стол.

— Хлеб порежь, Маюш, — просит она.

Я беру тарелку с горячим супом в руки и замечаю, как всё же сильно они подрагивают. Даже сомневаюсь, что донесу её до стола без происшествий. Тётя Люда тоже замечает это.

— Майя, у тебя сахар упал, что ли? Ты когда ела последний раз?

— М-м, утром ещё. На обеде потом чай с булочкой брала, но не доела, аппетит пропал.

Я вроде не вру, но и правду говорить не хочу. Что я скажу? Что вчера меня едва не изнасиловал незнакомый парень, а потом преследовал сегодня в университете?

Тётя Люда тут же матери позвонит, а та станет настаивать, чтобы я вернулась в Воронеж. Ни за что нельзя этого допустить, только не домой! Домой мне никак нельзя! Я ни за что не вернусь в дом к родителям.

Поэтому пусть тётя Люда думает, что да, у меня упал сахар и мне просто нужно поесть.

— Нельзя так, Майя, тебе нужно есть, — качает она головой. — У тебя же есть стипендия, можно какую-то еду покупать на неё.

Я только дёргаю плечом, но тёте Люде ответ и не требуется, она просто рассуждает. Я же чувствую себя неуютно, когда мы говорим о деньгах. Живу я у неё бесплатно. Мама предлагала деньги, но тётя Люда отказалась брать. Мой родной отец, который не живёт с нами ещё с тех пор, как мне исполнилось пять, переводит тёте Люде пять тысяч в месяц за продукты. Я понимаю, что это малая сумма, потому ем с ней нечасто. Стараюсь экономить из того, что папа даёт и мне, но понимаю, что много он позволить себе выделять мне не может. У папы другая семья, жена, ещё двое детей. Живёт он в другой части страны, и с тех пор, как он уехал, я видела его раз десять, не больше. И на том, что даёт спасибо.

Мы едим суп с тётей Людой в молчании. Потом я благодарю её, мою свою и её тарелку, убираю со стола и возвращаюсь в свою комнату.

Усевшись в кресло, пытаюсь вникнуть в то, что нужно подготовить на завтра на занятия. Просматриваю задания, составляю список того, что мне нужно сделать, и приступаю к подготовке. Сосредоточиться после такого нервного дня очень сложно, мысли постоянно утекают. Голова словно чугунная.