— Жрать хочешь? — киваю в сторону кухни.
— Давай, — пожимает плечами. — А что есть? Я сегодня весь день по задачам отца, некогда было и за кофе заехать.
— Да сейчас гляну, заказывал утром.
— Ок, я пока руки помою.
Ещё бы Кир и руки не помыл. Он до делов брезгливый, вне дома в принципе ест редко.
Пока он идёт в ванную, я на кухне закидываю в микроволновку мясной пирог и включаю чайник. На то, что Котёнок выползет на запах еды, даже не надеюсь, мне кажется, она из тех, кто ест только чтобы не умереть.
— Почему ты спишь в гостиной? — на кухню входит Кир, одёргивая закатанные рукава свитера. — Ремонт, что ли, в спальне?
— Ага, ремонт, — ржу. — Занята моя спальня, девчонка там.
Кир смотрит так, словно пытается понять, я в себе вообще или нет.
— Ладно, девчонка в спальне — ничего удивительного. Но ты-то почему в гостиной?
Я ставлю разогретый пирог на стол, закидываю в чашки пакетики чая и заливаю кипяток, а потом сажусь сам за стол напротив Кира.
— Потому что я обещал не трогать её, пока она пишет мне диплом.
Вяземский замирает с недонесённым до рта куском пирога, пару раз моргает, а потом вздёргивает брови.
— Ты похитил какую-то заучку и запер её в спальне писать диплом?
— Ну типа того, — усмехаюсь. — Не то чтобы прям похитил, но скажем так, убедил. И заплатил.
— Это максимально странно.
— То есть то, что ты держишь у себя на коврике в спальне ту бешеную и тоже её не трахаешь, не странно?
Вяземский всё же откусывает пирог и пожимает плечами, жуя.
— Существо — моя горничная. И она спит на матрасе, а не на коврике.
— А-а, — меня снова разбирает смех, — ну тогда это другое. Кстати, диплом мне пишет её подружка, с которой они из бара вместе сделали ноги.
Теперь Кир давится чаем и снова смотрит на меня как на умалишённого.
— Вот так поворот, Герман. Она вроде бы после того, как ты порвал на ней одежду, в обморок была готова хлопнуться, едва видела тебя. Ты её на цепи, что ли, держишь?
— Ну ты прям монстра из меня не делай, Кир, — доедаю свой кусок пирога. — Так что случилось?
Вообще, во все эти дела Вяземских я не особенно посвящён. Кир не втягивает меня сознательно, понимая, что мне это, собственно, не надо. Он как-то сказал, что если я пожелаю — его семья примет меня в их структуру, но откровенно добавил, что не стоит.
Некоторые моменты мне известны, пару раз Кир просил его забрать кое-откуда, несколько раз я был с ним на встречах, но ничего особенного.
Одну из таких встреч и нужно было обсудить, вот он и заехал по пути домой.
— У тебя что там? — Кир допивает чай и сам ополаскивает свою кружку под краном и убирает её на сушилку. — Отец давит?