— Pacta sunt servanda — принцип добросовестного соблюдения международных обязательств, — записала я и мысленно добавила: «Ты, самодовольный павлин, даже не слушаешь лекцию. Ты тупо листаешь мемасики, пока я тут изображаю стенографистку девятнадцатого века».

— Пиши разборчивее, — бросил он, не отрываясь от телефона.

Я стиснула зубы и переписала последнее предложение заново.

- Внутреннее право и соблюдение договоров. Государство-участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения договора, - продолжал профессор.

Да, как раз мой случай. Государство Давида Ларина не может ссылаться на то, что рабство запрещено внутренним законодательством. Потому что здесь — экстерриториальность. Здесь — свой устав.

Я так увлеклась этой мыслью, что пропустила следующую фразу профессора. Давид, не оборачиваясь, ткнул пальцем в блокнот.

— Ты отстала. Профессор только что сказал про доктрину трансформации.

— Я не успеваю!

- Так надо успевать.

- Сам пиши раз такой умный! – прошипела я, насупившись и встряхнула рукой. – У меня рука уже болит. Ты сам, когда последний раз конспекты от руки писал? Мог бы и ноутбук мне дать.

«Я тебя покусаю», - мстительно подумала я. – «Все пальцы тебе отгрызу, будешь знать куда тыкать!»

- Я занят, - отрезал Ларин.

- Чем? – возмутилась я. – Скроллишь этот, как его… «Контур» ваш.

- Нет, обсуждаю, кого из новеньких отдать под твою ответственность.

- Ну-ну, смотри как бы я бунт против вашей системы не организовала.

- Попробуй, - совершенно серьезно предложил Давид. Я даже удивилась, как легко он это предложил. – У тебя все равно ничего не получиться.

Профессор продолжал бубнить — про международный обычай, про opinio juris, про источники права. Я записывала, уже не вникая в смысл, просто фиксируя слова на автомате. В голове крутилось совсем другое.

«Ладно, Ада, давай рассуждать логически. Ты в клетке. Но даже в клетке можно найти слабое место. Браслет не снимается — нужен ключ или инструмент. Скорее всего, такие же браслеты у всех слуг, значит, система массовая, и кто-то должен знать, как её обойти. София боится, но она здесь два года. Кто еще может помочь? Кто-то из слуг, кто работает в техпомещениях — у них наверняка есть доступ к инструментам. Или преподаватели — они явно в курсе, раз закрывают глаза. Надо понять, кто из них играет на стороне студентов, а кто хотя бы нейтрален. И еще этот «Контур». Софи сказала, что там вся жизнь. Если в нём есть теневые каналы, возможно, там можно найти информацию о браслетах. Или о том, кто их делает».