— Ада, за что? — спросила она дрожащим голосом.
Глава 3
— Ада, за что? — спросила она дрожащим голосом, держась за покрасневшую щёку.
Голос её дрожал. Глаза широко распахнуты. До меня не сразу дошло, что она делала.
— Что? — опешила я, наблюдая, как она скатывается с другой стороны кровати и вскакивает на ноги.
Глухой удар о корпус кровати, и она снова стонет от боли.
— Ника, прекрати! — крикнула я и подбежала к ней. — Что ты делаешь?
Но она не стала меня слушать. Ударила по рукам, не сильно, чтобы не оставить следов.
— Ах, ты избила меня! — говорит Вероника, и в её голосе столько непонимания, что я сама начинаю сомневаться в себе. Может, и правда ударила? Но я в жизни ни на кого руки не поднимала.
— Катерина! — продолжает надрывно кричать Ника, держа меня за плечи, не подпуская, но и не позволяя отстраниться. — Катерина! — Она буквально задыхается от самой настоящей истерики. — Катерина, звони папе. Ада меня ударила!
— Нет! Чт... Нет, ты же сама... — шепчу я.
Я пыталась отшатнуться, вырваться, но она держала крепко, не позволяя сделать ни шага ни в сторону, ни назад. И мне ничего не остаётся, кроме как сжать её запястье и резко дёрнуть. Ника вскрикнула. Это словно был условный сигнал для Катерины. Потому что она тут же появляется в дверях с телефоном в руках.
До меня доходит медленно. Но она явно всё это спланировала. Но насколько далеко? Видео тоже её рук дело? Это она положила меня в постель Марка? Или просто воспользовалась ситуацией? Но зачем? Что я сделала не так, что меня надо было так сложно подставлять?
Ника всхлипывала, закрывая лицо ладонями, и на её запястье отчётливо виднелся отпечаток ладони. Да как так, я же не так сильно сжала.
— Аделаида, пожалуйста, идёмте за мной, — проговорила Катерина, убирая телефон. — Я уже позвонила Константину Сергеевичу, он скоро прибудет.
Казалось, я схожу с ума. Постепенно. Методично. С чувством, с толком, с расстановкой. Попала в параллельный мир, где кто-то разыгрывает сценку моего падения.
Утро после выпускного. Видео. Теперь Ника. Всё это не укладывалось у меня в голове. Я сидела как на иголках, ноги дрожали, руки сжимали телефон так сильно, что, казалось, он вот-вот должен треснуть. Я позвонила папе. Он обещал со всем разобраться. А мне оставалось только ждать и умирать от неопределённости.
Почему она разыграла этот спектакль? Когда мы успели поссориться? Неужели она поверила, что мы с Марком переспали той ночью?
Ни на один вопрос у меня не было ответа. А Катерина больше не пускала меня к хозяйке.
Благо папа приехал, как и обещал. Они зашли вместе с Константином Сергеевичем Демидовым. Катерина показывала им что-то на телефоне.