Впрочем, у Азаматова сегодня были встречи, рабочие вопросы, заводы и пароходы. Возможно, мужчина просто мысленно составлял список людей, которых собирался уволить до обеда.
Я отложила телефон и вернулась к завтраку.
К обеду Ксения окончательно превратилась в далёкое и почти несущественное прошлое. После завтрака мы с Алисой вышли в сад. Погода оставалась тёплой, хотя в воздухе уже чувствовался приближающийся сентябрь. Дочь снова собирала камни, пыталась кормить ими пластиковую козу и периодически требовала, чтобы я катала грузовик по дорожке.
После прогулки мы вернулись в дом. Алиса поела, начала тереть глаза и капризничать. Я отнесла её наверх, переодела и уложила в кроватку. Всё шло прекрасно ровно до того момента, когда дочь огляделась и обнаружила отсутствие зайца.
— Зая, — потребовала она.
— Сейчас найдём.
Я проверила кроватку, заглянула под неё и подняла одеяло. Зайца не было.
— Подожди здесь, зайка. Мама быстро принесёт.
Алиса немедленно поднялась и вцепилась обеими руками в бортик.
— Зая!
— Да поняла я. Заяц объявлен в розыск.
Я вышла в коридор, заглянула в нашу спальню, проверила кровать, кресла и гардеробную. Потом спустилась в гостиную. Заяц не лежал ни возле игрушек, ни под диваном, ни в кузове грузовика, куда Алиса регулярно пыталась утрамбовать всё движимое имущество.
Вера тоже подключилась к поискам. Осмотрела кухню, столовую и даже заглянула в шкафчик, где хранились салфетки.
— Утром он точно был с ней, — сказала она. — Алиса принесла его, когда Никита Владимирович забрал её из кроватки.
— А потом?
— Он ненадолго заходил с ней в кабинет. Ему кто-то позвонил.
Наверху раздался возмущённый плач. Алиса явно поняла, что поисковая операция затягивается, а жизнь без зайца лишена всякого смысла. Я вернулась в детскую. Дочь уже стояла в кроватке, держась за бортик. По щекам катились крупные слёзы, нижняя губа дрожала.
— Зая-я…
— Сейчас найдём, доченька. Не плачь.
Я подняла её на руки. Алиса обхватила меня за шею и уткнулась мокрым лицом в плечо, продолжая жалобно повторять:
— Зая… Зая…
— Найдём твоего заю. Пойдём проверим папин кабинет. Возможно, заяц решил выкупить долю в холдинге.
Я понесла её по коридору. Кабинет находился на втором этаже, в дальнем крыле дома. Дверь оказалась закрыта, но не заперта. Я немного замешкалась перед ней. Никита никогда не запрещал мне входить, однако без него я здесь ещё не бывала. Это было исключительно его пространство: тёмное дерево, строгая мебель, большой стол возле окна и почти полное отсутствие вещей, не связанных с работой.
Я толкнула дверь и вошла. На столе стоял ноутбук, рядом лежали зарядка, несколько закрытых папок и аккуратная стопка документов. Всё выглядело так, будто Никита просто вышел несколько часов назад и собирался вернуться в любую минуту.