Он прислушался. Тишина. Только ветер шевелил сухие ветки.

Скрипнули ступени крыльца, когда он осторожно спустился вниз. Обошёл дом. Все окна были задернуты плотными шторами. Одно и вовсе заколочено досками.

— Как попасть… как проникнуть… — бормотал он, глядя по сторонам.

Взгляд устремился вверх, где на крыше видно было приоткрытое чердачное окошко. Маленькая створка, но пролезть можно.

«Через чердак», — подумал он. — «Надо проверить».

Рядом со стеной росло раскидистое дерево. Он обхватил ствол, подтянулся, зацепился ногой за толстую ветку и, тяжело дыша, стал карабкаться выше. За шиворот посыпался сухой мусор. С дерева Сальников перебрался на крышу, двигался осторожно, стараясь не шуметь.

Старый шифер поскрипывал под ботинками, казалось — вот-вот треснет, но выдержал. Советский шифер был крепкий.

Добравшись до чердачного окна, капитан заглянул внутрь. Там пахло пылью, паутиной и старым шлаком, которым был засыпан потолок вместо утеплителя. Пролез на чердак. При каждом движении под ногами мерзко шуршало, сыпались серые крупинки, а лицо облепила паутина.

Он прошёл по всему чердаку, посветил телефоном в разные углы — пусто. Ни люка, ни лестницы вниз.

— Чёрт… всё без толку, — пробормотал он.

Постоял несколько секунд, прислушиваясь. Тишина. Только шлак под ногами тихо шуршал.

«Ладно», — подумал Сальников. — Спущусь вниз, просто разобью окно и ворвусь. Будь что будет. Этого гада я возьму, всё получится, если сделать внезапно'.

Он сунул пистолет в кобуру, вылез обратно через окно, зацепился рукой за ветку дерева и стал осторожно спускаться.

— Э! Потерял кого? — раздался за спиной насмешливый голос.

Сальников вздрогнул, резко обернулся, и повис, уцепившись за ветви. За ним стоял ухмыляющийся Крюков. В руках у него была сухая, твёрдая, как камень доска.

Замах. Удар.

Доска с глухим треском ударила по спине. Сальников вскрикнул, сорвался с ветки и рухнул вниз, ударившись о землю.

Крюков подошёл к нему неторопливо, улыбаясь.

— Не думал, что Яровой меня так перехитрит, — сказал он спокойно. — Что ж… это я тоже предусмотрел. Спокойной ночи, товарищ полицейский.

Он поднял доску над головой, собираясь нанести сокрушительный удар.

В последний миг Сальников перекатился в сторону, тело сработало само.

Бам! Доска врезалась в землю, разлетевшись щепками.

Сальников рванулся на ноги, выхватил пистолет, но прицелиться не успел — Крюков, быстро всё поняв, ударил снова. Мощным боковым замахом обломком доски, по руке, в которой был зажат ПМ.

Бам!

Острая боль пронзила сустав, пальцы онемели, будто ударило током. В висках отозвалось вспышкой. Пистолет выпал из руки и с глухим звуком упал в грязь.