От одной только мысли об этом по губам Крюкова скользнула ядовитая улыбка.

* * *

— Акбар, а ты не можешь ехать быстрее? Гони! — понукал я водителя, хватаясь за приборную панель и пытаясь удержаться.

— Начальник, — проворчал тот, — это тебе не гоночная машина, это ласточка, обычная. И так подвеску уже убил всю! Ах, моя машинка, моя машинка, как же мне тебя жалко!

Машину трясло на ухабах, «девятка» подпрыгивала на кочках, переваливаясь из стороны в сторону.

— Гони, Акбар, гони! — скомандовал я. — Я тебе подвеску оплачу. И колёса куплю. Всё, что хочешь, только давай быстрее!

Что-то заскрежетало под капотом, застучало. Машина дёрнулась, зафырчала, будто плюясь выхлопом.

— Блин, это ещё что? — выругался я.

— Приехали, — всплеснул руками Акбар, останавливаясь. — Сломались! Я же говорил, не надо было быстро ехать! Когда я быстро на ней еду, она всегда ломается! Капризная, как моя первая жена! Чтоб ее!

— Твою мать… — выдохнул я, распахнул дверь и выскочил из машины.

— Начальник! А мне-то что делать? — крикнул Акбар вслед, разводя руками.

Я не ответил.

Бегом пересёк улицу. Пусто. Ни души. Проскочил один перекрёсток, потом второй. Перебежал через переулок. На углу — облупившаяся табличка с названием улицы. Так, вроде, здесь.

Дом стоял чуть в стороне от других: мрачный, серый, с покосившимся забором. Полустёртая табличка с номером висела на одном ржавом гвозде и вот-вот готова была отвалиться. Адрес совпадал.

Я остановился, перевёл дыхание. Сердце колотилось в груди. В руке зажат пистолет. Всё нужно было делать тихо, иначе он убьёт заложников, как и обещал.

Я прислушался. Тишина. Только где-то вдалеке ветер хлопал железным листом да заунывно выл пес.

«Где же Саша?..» — подумал я.

Он говорил, что попробует взять людоеда сам. С тех пор прошло уже слишком много времени.

— Не к добру всё это… — выдохнул я и шагнул к дому.

Я достал телефон и набрал номер Сальникова. В динамике пошли длинные гудки. Один, другой, третий. Потом щелчок — соединение.

— Алло, Сальников, Саня, ты где⁈ — крикнул я, не дожидаясь ответа.

— Он у меня, — раздался спокойный, слишком знакомый голос.

Я застыл. Это был Фёдор. Мне ответил Крюков.

— Вот сука… — выдохнул я, чувствуя, как всё внутри сжимается. — Чёрт… чёрт… Саня…

— Если ты меня ищешь, Максим Сергеевич, — продолжал говорить Крюков, — то меня нет в доме. И Сальникова твоего там тоже нет.

— Тогда кто там? — процедил я сквозь зубы.

— Угадай, — ухмыльнулся он.

Я слушал молча, сжимая рукоять пистолета.

— Там Яна. И Строков, — сказал он спокойно.

— А Катя? — спросил я.

— Она не дожила до твоего прихода, — ответил он, и я почти видел, как его губы растягиваются в гадкой ухмылке.