Тварь. Скотина. Ублюдок.
— Отпусти Сальникова, — сказал я. — Что ты хочешь?
— Нет, Яровой, — перебил он. — Лучше ты скажи, чего ты хочешь.
— Я сказал, — ответил я жёстко. — Если хочешь уйти — уходи. Только отпусти опера.
— Я бы на твоём месте поторопился, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — Через несколько минут заложники умрут.
— Что? — не поверил я.
— Поторопись, Яровой. У тебя мало времени. И если вздумаешь вызвать помощь — не успеешь. Я не шучу. Тебе решать…
И связь оборвалась.
— Твою мать… — выдохнул я, глядя на экран телефона.
Что это значит? Получается, заложники там, внутри дома. Он их не убил? Или блефует? Или затеял какую-то свою игру? Хитрит, тянет время?..
Разгадать бы эту его загадку, но времени на раздумья не было. Я должен был проверить.
Я поднялся по скрипучему крыльцу, потянул за ручку двери. Она поддалась с трудом. Я рванул сильнее — и в тот же миг что-то щёлкнуло, скрежетнуло внутри дома. К обратной стороне двери была привязана верёвка.
Раздался тихий щелчок, и сразу зашипело.
Полумрак. Ничего не видно.
Я заскочил внутрь, нащупал стену, щёлкнул выключателем. Свет не загорелся.
И вдруг в нос ударило. Это был резкий, нестерпимый запах газа.
— Газ… — выдохнул я. — Сука… Он решил сжечь всех заживо. Взорвать!
Какой-то механизм должен был воспламенить всё это — может, сработал не до конца, а может, не успел.
Мысли лихорадочно крутились в голове. Соображать некогда. Надо выводить людей.
— Эй! Здесь есть кто⁈ — крикнул я, кидаясь вглубь.
Комната за комнатой — пусто.
— Эй! — ещё громче.
И вдруг — дверь. Ведёт вниз. Замок.
— Ну, поехали… — прошипел я сквозь зубы я и дважды выстрелил.
Бах! Бах!
Замок разлетелся, я пнул дверь ногой, и она распахнулась. Внизу темно, еле различил очертания узкой лестницы, ведущей в подвал.
Я достал телефон, включил фонарик и стал спускаться.
И тут — взрыв.
Ба-бах!
Наверху, в доме, жахнуло так, что воздух сжался, уши заложило, барабанные перепонки едва не лопнули. Меня отбросило к стене.
Видимо, ловушка с оттяжкой. Или просто механизм сработал криво.
Пыль, дым, и сверху — ревущее пламя. Старый деревянный дом вспыхнул, как высохшая стружка. Огонь уже рвался вниз, в подвал, а я лежал, вдавленный в землю, чувствуя, как жар подбирается всё ближе.
«Скорее… скорее…» — мелькало в голове.
Я вскочил, преодолевая оглушённость. В доме никого нет — значит, они где-то здесь. Я стал искать. Подвал напоминал казематы — длинный коридор, по обеим сторонам двери, словно камеры.
Одна… вторая… третья…
Я толкнул первую — открыта. Пусто.
Подбежал ко второй, забарабанил и крикнул: