Приехали на адрес к Строковой. Поднялись. Я постучал в дверь — тишина. Мы стояли на площадке втроём. Постучал ещё раз, снова тишина.

— Хм… — хмыкнул Саня. — Куда это она уже умотала с утра?

— Ну так что, Саша, — проговорила Яна, — у меня сегодня будет сеанс или нет? Или зря скаталась? У меня через час другой клиент.

— Извини, Яночка, так получилось, — пробормотал Сальников. — Твоя помощь очень нужна. Ну давай, может, тогда в следующий раз… Или…

Он не успел договорить — за дверью послышалось шуршание. Дверь приоткрылась, но на цепочке. В проёме показалась Катя — в стареньком халате, с мешками под глазами.

— Катерина, это я, — сказал я.

— Привет, Максим.

— Помнишь, мы с тобой вчера разговаривали, что я приеду, мы побеседуем?

— Я не хочу об этом разговаривать.

— Ты открой, мы зайдём, поговорим, — мягко настаивал я.

Она сняла цепочку, впустила нас. Мы вошли. Одна рука у неё была за спиной.

— Что там у тебя? — спросил Сальников.

Она показала руку — в ней был кухонный нож.

— Ну ты даёшь, — воскликнул Саня. — Ты нас встречаешь с ножом? Мы к тебе со всей душой, а ты…

— Я ведь не знала, кто придёт, — пробормотала она. — Я всё ещё боюсь. А вдруг это Харченко.

— Ну вот, — сказал я. — Чтобы не бояться, нужно довести дело до конца.

— Я не буду писать заявление, — возразила Катя.

Катя выглядела неприметной, серенькой мышкой. Но глаза… глаза были зелёные, ярко-зелёные — они сразу выделялись, особенно в сочетании с серёжками, где сверкал камушек того же оттенка. Чтобы хоть как-то её успокоить, я сказал:

— Красивые у тебя серёжки, под цвет глаз.

Она чуть коснулась уха и тихо проговорила:

— Да, это малахит. Ничего ценного, но мне нравится.

— Да хрен с ним, с заявлением, — сказал я. — Ты просто поговори с женщиной. Она тебя выслушает. Это психолог, её зовут Яна. Побеседуй, никто тебя не принуждает ни к чему.

— Если я с ней поговорю, вы от меня отстанете? Обещаете?

— Обещаю.

— Хорошо.

Я сделал шаг назад, освобождая пространство, Яна подошла к Кате, мягко взяла из её руки нож и сказала тихо:

— Катя, всё хорошо. Нож больше не нужен. Здесь никто тебя не обидит.

— Я просто… боюсь, — прошептала Катя. — Всё время кажется, что он опять войдёт.

— Это нормально, это чувство не уходит сразу, — спокойно ответила Яна. — Но сейчас ты в безопасности. Попробуй почувствовать пол под ногами, стены вокруг. Это твой дом. Здесь решаешь ты.

Катя опустила взгляд, медленно, как во сне, прошла в комнату и села.

— Я даже… я не уверена, что смогу говорить, — сказала она.

— И не нужно сразу, — ответила Яна мягко. — Мы просто посидим, я спрошу только то, что ты сама готова сказать. Иногда просто молчать рядом — уже помогает. Ты согласна?