Лилия вздрогнула, попыталась отдернуть руку, но я держал крепко.

Слова слетали с губ. Язык Первых Некромантов, тех, кто заключил первый договор со Смертью. Тех, кто отказался от света ради власти над тьмой.

Между нашими ладонями вспыхнула искра — черная с фиолетовыми прожилками. Не горячая, а ледяная. Лилия ахнула, дернулась, но было уже поздно.

Искра проникла в рану, растеклась по венам. Я видел некромантическим зрением, как темная энергия расходится по ее телу. Поднимается по руке, через плечо, к сердцу. Оплетает сердечную мышцу черными нитями. Поднимается выше, к мозгу. Проникает в речевой центр, в центр принятия решений.

— Готово, — отпустил ее руку. — Клятва принята и скреплена. Отныне и до смерти.

Лилия пошатнулась, схватилась за стол. Лицо побелело еще сильнее, теперь оно было как мел:

— Я… я чувствую это. Как будто что-то холодное свернулось внутри. Как змея. Или червь. Что-то чужое. Что-то, что следит.

— Это магия клятвы. Теперь вы физически не сможете предать. Попытаетесь рассказать о моих тайнах — язык онемеет, превратится в кусок мяса. Попытаетесь написать — рука откажет, пальцы скрючатся. Попытаетесь намекнуть — мозг откажется формировать мысли, впадете в ступор.

— А если под пытками? Если будут ломать кости, вырывать ногти?

— То же самое. Плюс болевой шок, который вырубит вас быстрее, чем успеете что-то сказать. Клятва защищает информацию любой ценой. Даже ценой вашей жизни.

— Жестоко, — пробормотала она, разглядывая ладонь.

— Практично, — поправил я. — Защищает и меня, и вас. Мертвые не выдают секретов. По крайней мере, живым.

Хотя это не совсем правда. Мертвые отлично выдают секреты, если знаешь, как спрашивать. Пытать труп бессмысленно, но допросить дух — совсем другое дело. Но ей об этом знать необязательно. Пусть думает, что смерть — это конец. Так спокойнее.

— Рана, — Лилия посмотрела на ладонь. Кровь уже сворачивалась, но надо было позаботиться о надрезе. — Нужно обработать. Антисептик, повязка. Может, антибиотик для профилактики.

— Не нужно. Смотрите внимательно.

Рана уже затягивалась. Края сближались, как в ускоренной съемке. Некромантическая энергия ускоряла регенерацию — побочный эффект ритуала. Через минуту останется только тонкий белый шрам. Память о клятве.

— Невероятно, — прошептала она, наблюдая за заживлением. — Это часть некромантии? Ускоренная регенерация?

— Малая часть. Некромантия — это не только смерть, как думают обыватели. Это управление границей между жизнью и смертью. Балансирование на грани. Жизнь и смерть — две стороны одной монеты. Некромант может толкнуть монету в любую сторону.