В дверь постучали. Три коротких стука, пауза, еще два — условный сигнал Кирилла. Паранойя? Нет, просто разумная предосторожность. В здании полно ушей и глаз.

— Войдите, — крикнул я.

Кирилл заглянул в кабинет. Выглядел он усталым, но довольным. Рубашка помята, на щеке след от чужой ладони — кто-то из санитаров сопротивлялся? Или Зайцев попытался вырваться?

— Святослав Игоревич, Зайцева разместили в изоляторе. Палата с мягкими стенами, решетки на окнах, дверь запирается снаружи. Дали полную дозу галоперидола — двадцать миллиграммов внутримышечно, плюс диазепам десять миллиграммов для седации. Он в глубоком медикаментозном сне. Медсестра говорит, проспит минимум двенадцать часов. Может, больше.

— Хорошо. Потом переведут на поддерживающую терапию. Пять миллиграммов галоперидола два раза в день. Пусть посидит недельку-другую, подумает о своих грехах. Если вообще сможет думать под нейролептиками.

— А что потом? — спросил Кирилл. — Отпустим? Или держать будем вечно?

— Посмотрим. Зависит от его поведения. Может, память сотрем — есть препараты, вызывающие ретроградную амнезию. Может, в государственную психиатрическую больницу отправим — там его долго продержат. Возможно, Орден сам за ним придет — тогда наши проблемы решатся сами собой.

Кирилл кивнул, принимая жестокую практичность. Парень быстро учится, в нашем мире сантименты — непозволительная роскошь. Добро должно быть с кулаками. И с ядом в кармане.

Я повернулся к Лилии:

— Как только граф Бестужев назначит нового главврача, немедленно вызовите меня. Я должен буду его проинструктировать. И проверить на вшивость. Не хочу повторения истории с паразитами и предателями.

— Конечно, — кивнула она деловито. — И… Святослав Игоревич?

— Да?

— Я хотела еще раз поблагодарить. За всё. Вы спасли не только клинику, но и всех пациентов. И меня лично. Я в неоплатном долгу.

— Это моя работа, — пожал плечами. — Спасать жизни.

Даже когда не хочется. Особенно когда не хочется.

Потому что проклятие не оставляет выбора. Спасай или умри. Простая формула выживания.

Вышли из кабинета. Лилия осталась — сказала, нужно разобрать бумаги Зайцева, проверить финансовые документы, убедиться, что он не натворил еще бед. Не украл ли денег, не заключил ли сомнительных контрактов.

Мы шли по коридору к выходу. Вечерняя клиника выглядела сонной, умиротворенной. Большинство пациентов уже спали — снотворное в капельницах делало свое дело. Медсестры дежурной смены сидели на постах, попивая чай из термосов. Санитарки мыли полы, двигаясь медленно, экономя силы — впереди долгая ночь.