— Доктор! — отец бросился ко мне. — Спасите сына! Мы везде были! Никто не может понять!

Я подошел к мальчику. Активировал некромантическое зрение.

Жива текла нормально, но в области носоглотки был странный блок. Темное пятно, нарушающее энергетические потоки. Не опухоль — для опухоли слишком локализованное. Не воспаление — для воспаления слишком статичное.

— Николай, — обратился я к подростку. — Давно проблемы с носом?

— П-полгода, — ответил он, голос гнусавый из-за тампонов. — Сначала просто заложенность. Потом запах появился. Как будто что-то гниет.

— А до этого? В детстве? Что-нибудь с носом было?

Мальчик задумался:

— Не помню… Вроде нет…

— Он в пять лет в нос горошину засунул! — вдруг вспомнила мать. — Мы в травмпункт ездили, вытаскивали. Но это же десять лет назад!

Интересно…

— Покажите снимки пазух. Все, что есть, — попросил я.

Варвара открыла на планшете серию рентгенограмм и КТ. Я внимательно изучил их, особенно область средней носовой раковины.

И увидел.

Крошечная тень, которую все принимали за утолщение слизистой. Но это было не утолщение. Слишком плотное, слишком округлое, слишком… инородное.

— Это не синусит, — сказал я.

— Что? — Варвара вскинулась. — Но все симптомы…

— Это ринолит. «Носовой камень». Инородное тело в носовом ходу, вокруг которого годами откладывались соли кальция и фосфаты. Как жемчужина в раковине, только вместо песчинки — инородный предмет.

— Но мы бы увидели на снимках!

— Смотрите, — я показал на экране. — Вот эта тень. Все думали — воспаленная слизистая. Но плотность не та. Это минерализованное образование вокруг чего-то.

— Вокруг чего?

— Сейчас узнаем.

Обернулся к медсестре:

— Мне нужен носовой эндоскоп, длинный пинцет Гартмана, физраствор для промывания и хороший свет. Быстро!

Инструменты принесли через минуту.

— Николай, сейчас будет неприятно, но не больно, — предупредил я. — Нужно вытащить тампоны и посмотреть, что там внутри.

Я аккуратно извлек тампоны. Кровь хлынула сильнее, но я видел источник — поврежденный сосуд на латеральной стенке носового хода.

Ввел эндоскоп. На экране появилось изображение — кровь, слизистая и… что-то блестящее в глубине.

— Вижу, — пробормотал я. — Инородное тело, покрытое минеральными отложениями. Вызвало эрозию слизистой и повредило ветвь клиновидно-небной артерии.

Взял пинцет, под контролем эндоскопа продвинулся к объекту. Захватил. Потянул.

Сопротивление. Тело приросло к слизистой.

— Промывайте, — скомандовал я медсестре.

Струя физраствора омыла область. Я покачал пинцетом, расшатывая объект. И вдруг он поддался.

Медленно, осторожно я его вытащил.