Вошёл Михаил Воронов.
Я видела его несколько раз — на приёмах, на редких семейных обедах. Высокий, седой, с тяжёлым взглядом и манерами человека, привыкшего повелевать. Сейчас он был в строгом тёмном костюме.
— Ну что, — спросил он Александра, — Узнал подробности?
Александр дёрнул плечом.
— Виктория такая тупая, что даже ответ не может сформулировать. Ходит вокруг да около, несёт какую-то чушь.
Михаил посмотрел на меня с интересом.
— А ты расспросил саму Кристину? — спросил он у сына.
Александр поморщился.
— Ещё не успел. Сначала решил с этой разобраться.
Михаил покачал головой.
— Медлительный ты, Саша. Вечно тянешь до последнего.
Он прошёл в центр кабинета, остановился напротив меня. Я смотрела на него и видела то, чего не замечала раньше — жёсткую складку у губ, холод в глазах.
— Впрочем, это уже неважно, — сказал он. — Скоро ритуал будет проведён. Кто бы не попытался нам помешать, но Завеса будет снята, и все пожалеют, что не прислушались ко мне раньше.
Я дёрнулась. Кулон на шее полыхнул болью — резкой, обжигающей, от которой перехватило дыхание. Я зашипела сквозь зубы.
Михаил перевёл на меня взгляд.
— Вы явно как-то замешаны в этой истории, — сказал он задумчиво. — Да и эти глупые видео несколько подпортили мои планы. Но у меня всегда есть план Б.
Он повернулся к Александру.
— Я дал отмашку запустить, как только концерт начнётся.
Концерт. Я замерла, перебирая в памяти события. В городе должен был состояться большой концерт в честь Дня города. Десятки тысяч людей на главной площади. Идеальное место для массового жертвоприношения.
В этот момент дверь с грохотом слетела с петель.
В кабинет ворвались люди в тёмной форме. Их было человек восемь, может, десять. Они двигались слаженно, профессионально, заполняя пространство.
Я не успела моргнуть, как Александра и Михаила уже прижали лицом к стене, заламывая руки. Михаил попытался что-то сказать, но ему быстро надели на рот какой-то артефакт, заглушающий речь. Александр дёрнулся, получил короткий удар под дых и затих.
Август вошёл следом. Быстро оглядел кабинет, нашёл меня взглядом, и я увидела, как на его лице мелькнуло облегчение. Он подошёл, снял с моей шеи артефакт.
— Цела? — спросил он коротко.
— Да.
Кристина стояла у стены, всё ещё с пустым лицом. Один из магов подошёл к ней, снял с нее кулон. Её лицо дрогнуло, глаза наполнились слезами.
Глеб, появившийся в дверях следом за магами, шагнул к ней, обнял за плечи.
— Тихо, всё хорошо. Ты в безопасности.
Я смотрела на эту картину и чувствовала, как отпускает напряжение. Август стоял рядом, его рука лежала на моём плече — тёплая, тяжёлая, надёжная.