— В чем же дело-то тогда, Редрик? — протянула жалобно почти.

— Ты меня все одно отвергнешь, когда узнаешь, что скрыл от тебя.

Сглотнула. В груди словно сдавило что.

— Говори. Сил нет терпеть, — поторопила Редрика. Голос свой не узнавала.

Он взгляд опустил, потом головой покачал и снова на меня взглянул.

— Я когда в бреду лежал, Весту видел…

«Опять Веста», — подумала с тоской, когтившей сердце. Так и не смог ее позабыть…

— Стояла она с хозяином вулкана посреди поля, что за Вильзмиром раскинулось.

— Ты потому туда поехать решил?

Кивнул.

— Посмотреть хотел, знак получить. Но не о том сейчас речь. С Вестой рядом колыбельку приметил, а в ней одеяльце вышитое.

Заметалась взглядом по лицу Редрика, отыскивая ответ на догадку.

— Одеяльце? — переспросила хрипло.

— Подумал, чего только в бреду не привидится. А потом Веста и хозяин вулкана просили меня дочь их защитить.

Отняла руку у Редрика, поднялась резво, обхватила себя руками, прошлась вдоль скамьи.

— Чего только в бреду не привидится, — повторила его же слова.

— Вот и я так решил. А уж когда ты после встречи с подругой пришла с одеяльцем этим… Его-то я в колыбельке и видел.

— Что же ты сказать хочешь? Что Веста — моя матушка, а хозяин вулкана бывший — батюшка?

Редрик тоже поднялся, замер напротив.

— Лисса, ежели мне не веришь, Огневику поверь.

— А он-то тут с какой стороны?

— Огневик тебя в селение отнес, когда я, дурень, в гору явился Весту освобождать. Помнишь, я тебе сказывал, как оружие для битвы с хозяином вулкана готовил?

— Помню.

— Метелица до того увидела, как я местью одержим, и заговорила меч на хлад и стужу, но так, чтоб я не знал. Думал, боги мне оружие против чудовища из-под горы дали, на праведную битву отправляют, а оно вон как оказалось… — покачал головой.

— И тут Метелица, — сжала губы.

— Ты одну ее не вини, Лисса. Не она меч тот взяла, а я. Не ее рука его держала и заносила, а моя. — Сглотнул Редрик тяжело, после продолжил: — В этом самом саду хозяин вулкана Весту на руках держал, бездыханную. Решил я, что он ее сгубил-таки. Не знал тогда, что Веста родами умерла, дав тебе жизнь. И не смекнул, что уж больно легко хозяин вулкана смерть принял. Улыбался, когда снежный меч я на него опустил. Я-то в тот миг только и думал о том, что за Весту отомстил.

Облик Редрика перед глазами затуманился, не сразу и поняла, что слезы по щекам бегут.

— А одеяльце? — спросила невесть зачем и невесть что имея в виду. Но Редрик понял.

— Огневик в том одеяльце тебя и унес. Веста его вышивала. Я тебе хотел правду рассказать той же ночью, когда и сам все узнал, да не смог. Не хотел в глазах твоих ясных упрек и презрение видеть. Не смог бы их вынести. А сейчас…