Горец провёл меня за собой в соседнее здание, где по приезду квартировались погонщики и охранники каравана. Там у командира оказался свой закуток — микроскопическая клетушка: стол и топчан занимали почти всю комнатку целиком. Едва нашлось место, чтобы примоститься на табурете.

— Я как раз вспоминал о тебе, — доверительно сообщил мне маг, стихию которого я так до сих пор и не узнал. — Ну, рассказывай, как устроился?

Вместо ответа я размотал грубую ткань и выставил на стол содержимое.

— Эти две — майору Ромару, — предупредил, отодвинув чуть в сторону две бутылки из четырёх. Лейтенант кивнул, быстро припрятал подношение и с вопросом посмотрел на меня. Получив кивок, поддел извлеченным из поясных ножен кинжалом сургуч, принюхался… и с удивлением поднял брови.

— Стаканы не взял, — ухмыльнувшись, открестился я.

— Да уж догадался, — искомые ёмкости возникли на столе как по волшебству.

Я мысленно хмыкнул, когда офицер щедро, словно вино, разлил напиток по стаканам и придержал свои мысли на счёт закуски. Зеркально отсалютовал своим бокалом, немного отпил и с любопытством стал следить за собеседником. Три, два, один… ага!

Горец выпучил глаза, но сдержался, не раскашлялся. Зато на щеках мгновенно заиграл румянец. Да, правильно очищенный самогон на травах — коварная штука. Это не спирт, от которого продирает, едва тот в рот попал: можно успеть проглотить… полстакана. Залпом. Как водичку. И только потому — бабах!

— Предупреждать же надо! — надо же, даже голос сел слегка.

— Сержанту без году неделя — ветерана и офицера? — вернул я ему удивлённый взгляд.

Неформальные отношения в армии — штука очень тонкая. Особенно в такой, как Войско Рубежа. Чисто мужской коллектив, минимум доступных развлечений, однообразный распорядок дня — всё это давит на мозги. К счастью, одновременно есть вполне реальная угроза жизни, пусть обычно и не очень большая — зато постоянная. Это придаёт смысл нашему тут сидению и опасным рейдам в степь — и потому локальная субкультура не разрастается настолько, чтобы довлеть над Уставом. И вместо способной уничтожить любую армию дедовщины получается лишь свод правил поведения, на службе, так сказать,дополняющих уставные отношения. И знание которых делает двух любых Рубежников в любом другом месте сразу своими в доску. Это как встретить земляка вдали от дома, только круче. Психология, ага.

— Вот теперь я вижу, что ты устроилсяхорошо ! — наконец отдышавшись, рассмеялся Горец. — А я ещё зимой, когда тебя сюда привёз, по возвращении поспорил с Ромаром по поводу тебя.

— Надеюсь, я не разочаровал товарища майора? — словно бы в шутку невинно поинтересовался я. Никто до меня «миссию» не доводил, потому вызвать недовольство я вроде бы не мог. Но…