— «Затмение»… как верно сказано, — промычал Вейль. — Возможно, благоразумнее будет сажать переводчиц на цепь? Хотя нет, цепь это слишком жестоко. Я тут наблюдал барку из Абиссинии с невольниками, у них там отличные деревянные колодки, причем всех размеров.
— Что вы такое говорите?! Мы же цивилизованные люди и не можем шокировать профессора. Наша Камилла и так вся на нервах. Лучше я буду попристальнее присматривать за нашей невольницей, изумительно сведущей во множестве искусств. Случившееся нынче — мое упущение. Вообще-то, Анис мне как дочь.
Переводчица получила пинок и издала едва слышный стон.
— Своевольная у вас дочурка, — признал скособоченный шеф. — И вообще все эти танцевальные затмения ума… Кто бы мог подумать?
Обсуждать «затмения» при переводчице было неразумно, к тому же археологи выбрели к линии обороны у пристани — навстречу выступила дюжина солдат со штыками наизготовку…
Катрин сдала подпорченного шефа на «Легкую Шеп» — экспедиционный лекарь оказался жив-здоров (да, нечего было на иное и надеяться). Мадмуазель профессор со своим научным помощником тоже уцелели, сразу начали оханья и живейшее беспокойство. (Как полезно быть не только участником экспедиции, но и акционером с правом решающего голоса.) Катрин нестерпимо хотелось все же принять стакан и прилечь. Ночь выдалась нервной даже выше всяких предчувствий-ожиданий, спина вновь разболелась. Анис помалкивала как навек онемевшая, разбираться с танцами, налетами и предательствами сейчас было сложно, хотя и оставлять без внимания нельзя. Катрин поманила девчонку.
Вышли на верхнюю палубу. Тревога уже улеглась, только усиленные караулы торчали на пристани.
— Я сейчас на «Неаполь», надеюсь без вас передохнуть, — уведомила Катрин. — Если тебе вздумается танцевать — вообще ли без музыки, под чечетку, или еще как — помни, я категорически против. Цепи и колодки не одобряю, но ноги запросто переломаю, только дай повод.
— Я понимать. Не знать, почему я там… — пролепетала Анис.
— Мы девушки одинокие, нам надлежит быть скромнее, сдержаннее, — напомнила архе-зэка, многозначительно надавливая прикладом на ступню подопечной.
Анис зашипела, но убрать ногу не пыталась.
— Отдыхай. Спокойно отдыхай, — посоветовала Катрин и пошла к сходням.
От мачты смотрел затаившийся в тени свидетель. Ага, опять знакомая рожа.
— Имя? — начальственно поинтересовалась шпионка.
Подлеченный гренадер-вольтижер[4] явно хотел нахамить, но сержантский тон сработал, продавил служивое подсознание.
— Жосслен Бомон, капрал 21-й полубригады.
— Помню что 21-й, как же. Проводи-ка меня, гражданин Бомон, до «Неаполя», а то у дамы ружье тяжелое…