Характерно выгнутые ножны, прячущие клинок длиной с локоть.
У болезненной девушки к непорядкам с головой и ядовитым привкусам в горле прибавилось сильное сердцебиение. Ятаган! Непонятно почему, но просто невыносимо потянуло к оружию. Ладонь осторожно обхватила отделанную костью рукоять ятагана. «Обратно-выгнутый», тускло сияющий, острый как бритва клинок… Да, самое оно!
Катрин успела изъять у мертвецов золотые монеты, стянуть сапоги пристойного размера и износа, но тут донесся шум и стук копыт, пришлось хватать узел с уже награбленным, обувку и удирать в тень пирамиды. Девушка, бормоча ругательства, запрыгнула на ступени и, пригибаясь, полезла повыше.
Затаившись в тени ступень-уступов, наблюдала, как пронесся отряд всадников — на этот раз с факелами — игра трепещущих теней эффектно осветила подножье, стены малых пирамид-спутников. Кто такие пронеслись, понять не удалось, да и фиг с ним — проехали и проехали. Катрин села и осмотрелась. С пустыни несло странной смесью остатков дневного жара и ночной прохладой. С другой стороны порой нагоняло дым и вонь пороха. Этакие противоречивые здесь атмосферы — просто мечта туриста.
Впрочем, и без всяких шуточек алые сполохи на речной воде приковывали взгляд. На Ниле пылали суда. Казалось, их сотни — языки пламени взметнулись на десятки метров, зрелище было жутковатым, но зачаровывающим.
Из темноты донесся барабанный бой — видимо, шло полковое перестроение. Блики от горящих судов сдвигались по течению.
Воюют люди, все при деле. А тут сиди как контуженная, пытайся мыслишки в кучку собрать. Несмотря на определенные успехи в области мародерства, ситуация оставалась паршивой. Ответов на вопросы «что? как? зачем?» пока не предвиделось. Понятно, что отрава вышибает мозг не столь откровенно как шестопер, но от этого не особо легче.
Что ты здесь делаешь? Куда идти? Где цель и где дом? А если ли он у тебя вообще, тот дом? Да что ж такое произошло?!
Разгадка болталась где-то рядом, разум и память напряглись, заскулили от непомерного усилия… Не получалось. Яд… Но почему яд? Тот доктор со странной кличкой отравил? Зачем? Нет, это не разгадка, а так, намек о ни о чем.
У берега громыхнуло орудие, потом второе — эхом отозвались на грубые звуки грани пирамид. Добивают у реки кого-то. Вот блеснули штыки: выдвигается плотная масса. Трудности маневрирования: каре, батальонные колонны и прочее. Битва у Пирамид — известное мероприятие, читала же когда-то. Вот эту военную ерунду психанутая память выдавала «на гора» охотно и без особого труда.
Здесь все началось утром и без особой спешки. Головной шла дивизия Дезе, ее прикрывали колонны дивизий Дебуа, Репье и двух других генералов. (Фамилии тех не вспоминались, ну и фиг с ними). Головная колонна французов прошла вне досягаемости укрепленного лагеря каирских ополченцев. Артиллерии у египтян имелось порядком, но вся на морских лафетах, оперативно передвигать батареи практически невозможно. Маневрируя без стрельбы, французы вышли на линию намеченного удара. Главнокомандующий противостоящей стороны Мурад-бей осознал смысл маневра и немедля попытался расстроить планы французов. Лихой атакой мамлюкской кавалерии удалось отсечь две колонны европейцев. Но головные наполеоновские дивизии уже перестроились в каре. Генералы, прикрывающие Дезе и Дюбуа, тоже успели среагировать, убрать кавалерию внутрь строя, оставив артиллерию на флангах. Команда пушкам «на картечь!» выполнена, плюс пальба ружейными залпами. Славные мамлюки оказались под огнем практически со всех сторон. Фланговая дивизия французов продвинулась вперед, отрезав противника от реки, и добавила египтянам артиллерийским огнем с тыла. Храбрецы Мурад-бея упорно атаковали и порой прорывали строй каре. Но прорывы, иной раз сквозные, имели хаотичный характер и решительного успеха не принесли. Картечь и порядок против бесстрашной анархии, все славно и бессмысленно…