— Вот! — таинственный знаток спецслужб вернулся на безупречный средне-английский. — Никому эти гестапы не нужны. Так что временно переходим на полное взаимное доверие. Берем лодку, безотлагательно ищем подходящую посудину. В смысле, дахабью.
— Слушайте, вы мне сейчас мозг взорвете — призналась Катрин.
— Это я могу, — скромно согласился феллах. — Но не заинтересован. Да и мозг у вас, прекрасная госпожа, монолитный, военный, сейсмостойкий. Его так просто не подвзорвешь. В общем, не опасайтесь. Взять корабль — дело ерундовое, тут больше разговоров. Время теряем! Если денег нет, ющец с ним, потом отдадите. Лучше рыбой.
— Какой рыбой? — офигивая, уточнила шпионка.
— Вяленой, — подумав, решил феллах. — Пресноводная у нас редкость, а ваша замковая…
Катрин задохнулась.
— Коротнуло, — объяснил феллах, поворачиваясь к смотрящей во все глаза переводчице.
По-английски Анис не поняла, но на всякий случай кивнула.
— И как это объясняется… — начала Катрин, не без труда переводя дыхание.
— Никак! — с готовностью откликнулся фальшивый феллах. — В смысле, объяснить, конечно, можно, но это потребует уймы времени. Я — явление сложное, можно сказать уникальное, далеко не однотомное. Поверьте, лучше даже не начинать объяснять. Тут не только ваш мозг под риски попадет, но и мой малость разжжижется. Пожалеем остатки здоровья.
— Ладно, пожалеем, — твердо сказала Катрин. — Но если строго в двух словах?
— Строго в двух — охотно! — обрадовался невыносимо странный знакомец. — Я заинтересован в вашем успехе.
— Лично в моем? — уточнила шпионка.
— Несомненно! — феллах на миг задумался. — Вообще-то экспедиция тоже интересная, тут не спорю. Я подвиги во имя науки высоко ценю, сам так сказать, причастен. Но прежде всего — вы, моя несравненная многословная госпожа! Так будем брать корабль или нет?
— Ну, раз вы настаиваете, — пробормотала Катрин…
Странная это вышла акция. Отчалили в сумерках. Солнце еще алело где-то на грани пустыни и неба, город оставался позади, в лодке пахло свежими лепешками, рыбой и арбузами: прозорливый феллах не надеялся прокормиться сомнительным походным пайком заказчиц, прихватил своей провизии. Катрин было велено «не стесняться, смело садиться за весла». В принципе приноровиться к местному стилю гребли оказалось несложно, лодка была далеко не новой, отнюдь не «халифской отделки», но вполне приличной. Анис сидела на носу, куталась в плащ: на лодочных прогулках она бывала, но те, видимо, были прудовые-развлекательные.
— А ведомо ли прекрасным госпожам, что есть на свете город, хвала Аллаху, да приумножится его слава, где у жителей каждый месяц меняется облик, появляются крылья, благодаря которым они взлетают к облакам небесным, оставляя жить в том волшебном городе только детей и женщин? — таинственным тоном завел феллахский лодочник на жутко ломаном французском языке. — Как-то довелось заплыть мне в этот город и задумался я…