…—Но очень плохо с другой стороны
Как быть нам, султанам, ясность тут нужна
А на Камчатках ишак угодил в полынью,
Тут студенты орут, а я песню пою,
Во французской стороне, на чужой планете…
Доносилось откуда-то из барханов.
Видимо, это была групповая галлюцинация, поскольку вся экспедиция напряглась.
— Шайтан за ними пришел, — с некоторым облегчением догадалась Анис.
Распевали, действительно, своеобразно. Причем сразу на трех языках, вольно перепрыгивая с середины строфы и не заморачиваясь рифмами. Капрал потянулся за мушкетом.
— Не надо, я сама, — предупредила Катрин, поднимаясь.
Она взобралась к «стене» и увидела темную точку на гребне бархана — до нее было метров триста. Судя по всему, точка была верховой. Кричать архе-зэка не позволяла хронически спекшаяся глотка, куда проще было вытащить пистолет и пальнуть в воздух.
— Пф-бах! — угас над океаном песка, но одинокий всадник немедля прервал песнопение и сменил курс. Катрин наблюдала как он скрывается во впадинах и вновь появляется на глаза. Серый некрупный осел, на нем фигура в светлом джеллабе-балахоне. Бедуин. Ничего удивительного. Где же еще, если не в пустыне. Вот вьюки у осла странные.
Бедуин приветственно помахал рукой и вновь взялся за душевное музицирование:
—Он копытками стучал,
По ослиному кричал,
И хвостом своим вертел,
Человеком быть хотел…
Солнце в небе светит мудро,
Молодеет древний край [2] .
Катрин убедилась, что кроме любителя песен, ослик волочет на себе характерные сосуды для жидкостей, известные в будущем как «бидон алюминиевый молочный».
Ослиный транспорт преодолел подъем на соседнюю дюну и всадник завопил:
— Чего не отзываетесь? Сколько мы тут должны барражировать? Это же пустыня, а не Пикадилли.
— Видимо, ветром звуки сносит, — оправдалась Катрин.
— «Сносит»… вахтенного, впередсмотрящего выставлять не пробовали? — всадник, отдуваясь, спрыгнул с осла. Уперся в круп животного, деятельно помогая взобраться к границе «мышеловки». — Это самое, продемонстрируйте как работает.
Катрин вышла и оказалась развернута пируэтом назад.
— Вот просто, но остроумно, — восхитился гость. — Надо бы у себя таких понаставить, а то случается, лезут всякие гости незваные.
Бесспорно, это был все тот же «феллах, бедуинов правнук». На сей раз, у него, правда, не хватало двух клыков, но Катрин уже знала, что на такие стоматологические мелочи не стоит обращать внимания.
Внук бедуинов приблизился к границе ловушки, с любопытством глянул вниз:
— Сидите? Ничего, уютно так.
Члены экспедиции молча смотрели снизу. Катрин подумала, что спутники даже не пытались смотреть, кто пожаловал, полностью уступив право общения с визитерами специалистке по походному животноводству. Видимо, определенную «шайтанность» гостя все равно чувствовали.