— Так в чем дело? — удивился бедуинов внук, взбираясь на осла. — Попили, передохнули и вперед!
— Но как?
— Ах, в этом смысле. Да хорош тупить, я ж, вас, леди, знаю. Интеллектуальные способности имеются, пусть и не особо, гм, выдающиеся. Жук же у вас есть, следуйте за ним, да и все дела. Чего тут медузу жевать? Раньше с богом разберемся, раньше дома будем.
Гость стукнул пятками по бокам ишака, скомандовал «курс — зюйд-вест-тень-вест» и пустынные аборигены шустро засеменили по песку.
Катрин со смешанными чувствами спустилась к бидонам и спутникам.
— Это кто быть? — спросила Анис. — Почему нам помогать?
— Хрен его знает. Как зовут, откуда, с какой целью — даже не спрашивайте, все равно не знаю. Но человек, вроде, неплохой. Но они уже уехали.
— А мы? — напрямик спросил капрал. — Я посчитал — во флягах дней на десять-двенадцать хватит. Это если верблюда не считать.
— Верблюда пока считаем, — архе-зэка опустилась на вьюк. — Вы пока еще что-нибудь посчитайте, а я подумаю.
Шеф лежал под тентом и делал вид, что спит. Это раздражало. Возможно, поэтому и думать особо не получалось. Вот что такое «жук есть, следуйте за ним»? Это в каком сакральном смысле? Видимо, разгадка весьма проста.
777Катрин поднялась к гребню — место ухода скарабея угадывалось по многочисленным следами на взрытом песке — пленники здесь натоптали изрядно. Может, нужно еще точнее следовать за насекомым? Оно все-таки мелкое, проход может быть узким…
Катрин попробовала и боком, и на четвереньках, и по-пластунски. Преграда исправно разворачивала назад, хорошо что не хихикала. Наблюдавшие за маневрами толмачка и капрал поднялись к месту действия.
— Вы, леди, передайте, какая подсказка-то была, — предложил неглупый капрал. — Вместе подумаем, вдруг осилим.
— В том-то и дело что особой подсказки не было, — в сердцах пояснила Катрин. — «Жук у вас есть, следуйте за ним, да и все» — вот дословно.
— Если говорилась загадка, то жук и иной может быть. Так в сказочностях всегда бывает, — предположила Анис, подкованная в местных иносказаниях.
Начали гадать что такое может быть «иной жук»? Вейль не выдержал, присоединился. Версии получались какие-то глупые, негодные для практического использования.
— Возможно, это с древним обрядом связано? — осенило капрала. — Скарабей ведь символизирует смерть и воскрешение, или еще какую-то такую чушь. Жук закопался, значит, вроде бы умер. А потом выкопался и воскрес.
Все с уважением посмотрели на Бомона — за время путешествия с археологами вояка здорово проникся атмосферой мифов и легенд.
— Через смерть к жизнь? Убить — продвинуть — ожить! — развила идею талантливая переводчица.