Двигаться по знакомой дороге было куда проще, смущало лишь то, что впереди, судя по всему, опять было утро. Инстинкт (и желудок) подсказывал, что прошел лишь неполный день, но против правды не попрешь — солнце лупило в глаза, силуэт башни Крайнего Склада ослепленная путница едва различала. Придется там сосуды для воды позаимствовать и хоть что-то из провизии поискать.
Из песков донеслась пронзительная трель судейского свистка. Катрин, заслонив ладонью глаза, наблюдала за приближением всадника. Осел шел лихим аллюром, наездник в седле выглядел похуже. Видимо, скакать на ослах правнуку бедуинов приходилось нечасто.
— Уже управились? — наездник с облегчением покинул спину скоростного животного. — Чего-то быстро, чуть тебя не упустили.
— Горба нет или иноходь иная? — кивнула Катрин на жизнерадостного осла. — Ездите вы как та заборная собака…
— Попрошу без намеков! Когда тут джигитовкой овладеешь, если то туда, то сюда мотаешься?! Да, конкур — не мое, так что ж теперь…
— Вы, похоже, по футболу специализируетесь, — предположила Катрин, глядя на свисток в лапе «туземца».
— Это да, футбольный, — согласился бедуин, обтирая красивую штучку о живот. — Открывал я как-то матч мундиаля в Питере, там презентовали от чистого сердца. Не выбрасывать же?! Применяю для подачи звуковых сигналов, поскольку свистание «в два пальца» мне всегда носоглотку раздражает. Еще придирки будут?
— Ни в коем случае. Это чисто для разговора. А так благодарю от чистого сердца. Все обошлось. Немного поволновалась, но Хозяин произвел на меня приятное впечатление.
— Да, неплохой парень, хотя упрям вообще не по-шакальи, — согласился потомок бедуинов. — Чего стоим-то? Пошли в тенек у башни, завтракать пора.
Двинулись по дороге, ослик маневрировал от одной редкой колючки к другой, двуногие беседовали. На вопрос «утро сейчас или вечер?» бедуин замысловато выругался и ответил, что «наука в данном феномене еще не разобралась, исследование поставлено в план». Поговорили о выбравшей странную судьбу безносой паре, скиталец пустыни сетовал, что точная дата предполагаемого возвращения влюбленных неизвестна, а интересно было бы проследить за экспериментом. Потом напоили осла, устроились в теньке у башни, запасливый абориген извлек припасы.
— Прихватил с запасом, тебе еще через пустыню тащиться, — напомнил бедуин, вскрывая консервную банку солидным охотничьим ножом.
— Благодарю, — Катрин разглядывала припасы.
Банок насчиталось с дюжину, в основном почему-то рыбные: голландские сардины, рижские шпроты, российская килька, печень трески, и тому подобное. Странновато выглядела приблудившаяся к рыбе банка сладкой консервированной кукурузы.