– Грохнуть надо пацана, – сказал старший из братьев.

– Ага, – поддержал младший. – Чтоб они больше не оживали. А с ожившими мы как-нибудь разберемся.

– Ни хера ты не разберешься, – сказал Баран. – Тебе же сказали: военные едут, ждем, не рыпаемся.

– Да никто никуда не едет, – отмахнулся Кузин-младший, заядлый охотник и рыбак, который даже дома предпочитал спать не на кровати, а в походной своей палатке. – Всем на всех посрать. Они дороги перегородили. Сейчас бомбу на нас с самолета сбросят – и все, тишь, гладь, божья благодать.

– Они все бомбы на рогатого потратили, – подал голос Саныч, школьный охранник, дворник и водитель в одном лице.

– Потратили, а толку – ноль! – раздался истеричный женский возглас.

Ангар задрожал сильнее, люди притихли, пустой газовый баллон упал и покатился по полу.

– А можно мне к родителям уехать? – попросил Степка. – Я больше никого оживлять не буду, честно… Клянусь!

Баран задумчиво посмотрел – не на Степку, а куда-то сквозь него. Пожевал губу, а потом велел Кузину-младшему отвезти Степку в город.

– Да как же я отвезу?..

– Ты совсем тупой? – спросил Баран, исподлобья поглядев на Кузина.

Кузин-старший ткнул брата локтем.

– А! – догадался Кузин-младший. – А чего я?

– Пойдем вместе, – сказал Кузин-старший и толкнул брата в сторону выхода.

Степка поблагодарил Барана, поблагодарил луноликую. Баран в ответ кивнул, а женщина почему-то на Степку не посмотрела, отвела взгляд в сторону. Степка побежал за братьями, радуясь, что ему не придется сидеть в пропахшем мазутом ангаре.

Братья Кузины ездили на «Ниве» с прицепом для лодки, и Степка надеялся, что они разрешат ему сесть в лодку. Он хотел спросить про лодку, но братья сначала вполголоса переругивались, шагая впереди Степки, а потом остановились и стали орать друг на друга.

– И чего ты предлагаешь?

– Да пусть идет на хрен!

– И чё ты Барану скажешь?

– Да срать мне на Барана. Не буду я грех на душу брать. И тебе не дам.

В небе с ревом пронеслись истребители, и братья замолчали. Степка насчитал шесть штук.

– Нас херачить будут или не нас? – спросил Кузин-младший.

– Да какая уже теперь, на хрен, разница, – ответил Кузин-старший, а потом обратился к Степке: – Вали давай, городской.

– Мне же к родителям надо.

– Пшел отсюда! – Кузин-старший поднял ружье и направил дуло на Степку. – Бегом!

Степка побежал по пустой улице мимо опустевших домов. Бежал, оглядываясь, не пустил ли Кузин-старший пулю ему вдогонку. Он охотник, он убивал зайцев, кабанов, лосей, он и Степку легко убить может. Степка бежал, пока не устал, а когда стало больно дышать, перешел на шаг. Где-то промычала унылая голодная корова.