Я колеблюсь секунду, а затем опускаю свою ладонь в его руку. Он тут же перехватывает пальцами мое запястье и дергает на себя, усаживая к себе на колени и разворачивая спиной к своей напряженной груди. Ледяная волна похоти затапливает тело, когда наши Тени впиваются друг в друга, прошивая каждую клеточку моего существа.
Каллос хрипло стонет и обхватывает мою талию; он выгибается в пояснице, вжимаясь твердым членом сквозь брюки прямо мне в задницу. Его пальцы впиваются в мой живот так сильно, что я шумно выдыхаю и тут же судорожно втягиваю воздух, когда его губы накрывают мою шею.
— Ох, маленькая Нова, это была хреновая идея, — произносит Каллос потемневшим, порочным голосом. Вторая его рука скользит вверх, и он медленно ведет указательным пальцем вниз по моему горлу.
По коже разбегаются мурашки. Я ни о чем не могу думать, кроме того, насколько все это, блядь, неправильно. И, возможно, именно поэтому мне так сильно это нравится. Я отчаянно пытаюсь игнорировать жар, стремительно собирающийся между моих бедер, и горячее дыхание Каллоса на моей коже.
— Почему? — на выдохе спрашиваю я, позволяя своей голове откинуться ему на плечо.
— Потому что все, что я знал до сих пор — это тотальный контроль над своей Тенью. А твоя рушит всю эту работу за считанные секунды. Я даже вслух не могу произнести то, что хочу с тобой сделать, — он заводит ладонь под мою футболку. Его сдерживание ощущается физически: вены на его руках вздулись от отчаянной попытки остановить самого себя. Его челюсть плотно прижимается к моему плечу.
Он слегка толкается бедрами в мою задницу, после чего грязно матерится сквозь зубы и резко убирает руки. В тех местах, где секунду назад было его тепло, мгновенно становится холодно. Каллос поднимается, мягко подталкивая меня в спину, чтобы я сделала шаг в сторону.
Я разворачиваюсь к нему и натыкаюсь на дикую, первобытную тьму в его взгляде. Белки его глаз окрасились в багрово-бордовый цвет.
— Что с тобой? — спрашиваю я, отступая на пару шагов. Я зависла, не понимая, то ли мне развернуться и бежать, то ли попытаться хоть чем-то ему помочь.
Он качает головой и кивает на дверь.
— Уходи, — мучительно хрипит он. Голос звучит так слабо, что у меня внутри вспыхивает глупое желание что-то предпринять.
Я делаю шаг ближе и протягиваю руку к его плечу, чтобы успокоить, но он резко вскидывает голову и рычит на меня. Его зубы кажутся неестественно острыми, а скобы-стежки по бокам рта натягиваются до предела.
— Я сказал — пошла вон, — безжалостно выплевывает он сквозь зубы, и больше я не теряю ни секунды. Схватив книги со стола, я вылетаю из кабинета, не оборачиваясь.