— Маленькие твари бывают самыми ядовитыми.
— Пожалуй, ты права, — отзывается он низким голосом, медленно опуская взгляд к моим губам.
— Ты сказал, директор узнал про сердца? — спрашиваю я, и мои глаза темнеют от одной мысли о том, что Эмерай может выйти на нас.
— Да. Нам нужно прятать их до конца второго испытания. И Артуру пока тоже ни слова.
Я в нерешительности хмурюсь. Мне и так уже стоило огромных трудов не отдать ему сердце прямо сейчас и просто молиться, чтобы он уже знал, что с ним делать. Как мне прикажешь скрывать это и дальше?
— Ты сказал, мы отдадим его, когда ты вернешься. Он заслуживает знать правду, и мне кажется, он мог бы помочь…
Лицо Элиаса мгновенно каменеет.
— Нет. Это останется между нами, пока я не разрешу, иначе ты рискуешь всё разрушить. Киты Тау, помнишь? Или тебе нужно снова показать стену? — рычит он мне прямо в ухо и отстраняется.
Туда, где он только что был, мгновенно врывается холодный воздух, оставляя после себя лишь пустоту. Я поднимаюсь вслед за ним и сажусь рядом. Наши руки соприкасаются, и от этого мимолётного касания сердце в груди начинает бешено колотиться.
Он не смотрит на меня, вытирая кровь с губ рукавом. На его челюсти всё ещё остается размазанный след, из-за чего он становится чертовски похож на дикого волка — именно таким я и увидела его при нашей первой встрече.
Элиас поднимается и протягивает мне руку.
— Нам нельзя опоздать на объявление результатов испытания.
Сейчас он спокоен, но в его серых глазах всё ещё колышется желание. Я принимаю его руку, и он ведет меня обратно через четвертый этаж. В глубине живота зарождается страх. Я не уверена, как долго смогу молчать.
Приведя себя в порядок и тщательно смыв кровь с лица и шеи, я быстро направляюсь в столовую. Свободное место находится за столом Новы — прямо рядом с Рейном. Вокруг стоит оглушительный гул: помещение буквально гудит от сотен перекрикивающих друг друга голосов, а в воздухе отчетливо пахнет предэкзаменационным мандражом.
Стоит мне потянуться к корзинке за пресной булочкой, как Люсина отрывается от своей тарелки и выжидающе смотрит на меня. Полноценный ужин в мой скрученный от нервов желудок сейчас все равно бы не полез. Ее белоснежные волосы сегодня убраны в высокий хвост, а густая челка то и дело лезет в глаза.
— Готова к объявлению? — негромко, как-то робко спрашивает она.
В последнее время мне периодически доводилось перекидываться парой слов с друзьями Эдгара, но конкретно Люсина всегда держалась особняком и явно избегала разговоров. Я удивленно вскидываю бровь, но все же отвечаю: