Трое специалистов «Аненербе» в черной форме без знаков различия уже работали у прибора. Их движения были отточенными, почти ритуальными. Они не разговаривали, лишь изредка обменивались короткими командами на немецком.

— «Эфир-Резонатор», модель IV! — с гордостью произнес Штайнер, подходя к прибору. Он провел рукой над корпусом, не касаясь его. — Основан на принципах тибетской звуковой вибрации и скандинавской рунической магии.

Майор Хоффман, находившийся тут же, в зале, поморщился. Он все еще с трудом воспринимал эти объяснения эсэсовцев. Для него война была делом логики, баллистики и живой силы. То, чем занимался Кранц и Штайнер, граничило с безумием. Но приказ из Берлина был категоричным: перейти в полное подчинение заезжих эсэсовцев.

— Как это работает, господа? — спросил Хоффман, чтобы скрыть раздражение.

— Привычные приборы в составе «резонатора» фиксируют электромагнитные волны, — начал объяснять Штайнер, и в его голосе появились нотки лектора. — Радиосигналы, электричество. Но то, что мы ищем… это не электричество. Но это тоже энергия. Человек, имеющий дар использовать эту силу, оставляет след в эфире.

Он указал на колбы с жидкостью.

— Эта серебристая субстанция — ртуть, заряженная в ходе особого ритуала. Она резонирует с выбросом этой силы- жидкость меняет цвет и плотность. А стрелки… — Он кивнул на три аналоговых циферблата. — Стрелки показывают направление и интенсивность этого выброса.

Один из специалистов, высокий мужчина в очках, обернулся.

— Герр оберштурмбаннфюрер, калибровка завершена. Внешние антенны выведены на крышу. Город разбит на сектора сканирования. Особое внимание сектору, указанному штурмбаннфюрером СС Кранцем: каменоломни-лесополоса.

— Запускайте! — приказал Штайнер.

Специалист нажал тумблер. Прибор загудел. Звук был низким, вибрирующим. Жидкость в колбах засветилась и окрасилась слабым зеленоватым светом. Стрелки на циферблатах дрогнули и начали медленно ползти по шкалам разметки.

В помещении повисла тишина. Даже Хоффман перестал ерзать. Все пристально смотрели на прибор. Это был момент истины — сумеет он что-нибудь уловить или нет.

— Есть фон, — доложил специалист. — Прибор реагирует на повышенный уровень аномалии. Но сигнал нестабилен.

— Фильтруйте шум, — резко сказал Штайнер. — Ищите всплески магической активности.

Прошло минут десять. Стрелки дрожали на уровне «низкий». Жидкость пульсировала ровно и цвет больше не изменяла.

— Ничего, — пробормотал Штайнер через полчаса. — Ничего, клюнет еще наша золотая рыбка…

— Контакт! — неожиданно воскликнул специалист. Его пальцы забегали по переключателям и кнопкам, сужая диапазон.