Всех Благ и приятного чтения!
[1] Exsurge (латынь) — это повелительная форма глагола exsurgo, означающая «восстань», «встань», «поднимись».
[2] Guter Gott — Боже милостивый (нем.).
Глава 10
Солнце село так же стремительно, как и взошло. Как только светило скользнуло за горизонт, внутри моей «полости» привычно ёкнуло. Сила, дремавшая весь день, потянулась, словно хищник после спячки, и по жилам разлилось знакомое ледяное покалывание…
Я, наконец-то, сумел вновь сжать кулаки. Пальцы уже слушались, но… они всё ещё были полупрозрачными. Сквозь них просвечивала земля и каменные стены усыпальницы Агу, словно я смотрел на мир через мутное стекло.
— Не торопись, — мысленный голос Агу прозвучал в моей голове. Призрак материализовался рядом со мной внутри каменного саркофага. — Окончательное воплощение произойдёт с наступлением полной темноты. Сначала тень обретает форму, потом — плотность… Ну, а в конце концов, её не отличить от настоящей плоти.
Я с интересом разглядывал свои руки. Они медленно наливались силой, из призрачных становясь всё более осязаемыми. Кости проступали туманными очертаниями, мышцы — словно сотканными из ночного тумана. Я взял в руки оружие. Автомат в моих полупрозрачных руках казался инородным и слишком реальным. Оружие не зависело от магии — оно было для меня якорем в материальном мире.
Неожиданно «в груди», там, где располагался «резерв», вдруг возникло неприятное тянущее ощущение. Я поморщился, инстинктивно прижав ладонь к рёбрам.
— Ты почувствовал это? — Голос Агу прозвучал встревоженно, его светящиеся глаза стали чуть тусклее.
— Это что ещё было? — спросил я, растирая грудную клетку. — Будто внутри что-то… «задрожало».
— Возмущение магического эфира, — ответил дух, скрестив призрачные руки на груди. — Кто-то призывал тёмную магию. Днём. Не очень далеко отсюда.
— Днём? — Я засомневался, что такое возможно. — А почему я почувствовал это только сейчас? Если это было днём, я должен был заметить раньше.
Агу покачал головой, его дымчатый силуэт слегка размылся в темноте.
— Днём твоя сила «спала», Сергей. Твоя связь с Навью прекращается во свете дня. Ты не мог этого почувствовать. — Призрак указал на мою грудь. — Солнце село, силы Тьмы вернулись. И ты уловил остаточное возмущение. Это как рябь на воде после брошенного камня. Камень упал давно, но круги ещё идут.
— Значит, кто-то колдовал, пока я спал? — Я машинально передёрнул затвор MP-40. — Кто?
— Не знаю, — Агу покачал головой. — Но почерк весьма грубый, жестокий… Маг использовал силу, чтобы подчинить себе духа. Сломать его, хотя вполне можно было договориться. Это опасно, Сергей. Это возмущение Тьмы — след работы некромага.