Я мельком взглянул на призрака, глаза которого реально полезли на лоб. Нечасто, похоже, Лесной Хозяин такими предложениями разбрасывается. А сам я отчего-то напрягся. В сказках подобные «благословения» мифических существ редко обходилось без последствий. Но отступать было поздно.
— Какое благословение, Владыко? — спросил я осторожно.
— Чтобы лес не путал тебя с врагом, — степенно ответил старик. — Чтобы дети мои не трогали тебя, пока ты данного слова не нарушишь.
— Премного благодарен! — Я прижал руку к груди и поклонился Лешему в пояс. — Приму с честью!
Леший протянул руку и коснулся моего лба. Мне показалось, что его сухие пальцы обожгли кожу холодом. Я невольно дёрнулся, но не отстранился. Холод проник под кожу, но разошёлся по жилам жарким огнем. У меня даже в глазах помутнело на мгновение, и показалось, что я чувствую едва ли не всех и каждого в этом лесу. Но вскоре это ощущение схлынуло.
— Теперь ты «свой», — сказал Леший, убирая руку. — Лес узнает тебя. Но если ты нарушишь слово — будешь иметь дело уже со мной! — громыхнул он, а по кронам деревьев пробежал сильный ветер, словно вторя его словам.
— Не подведу, Владыко Леса! — ответил я, чувствуя странное единение со всем окружающим миром.
— Верю, — Леший усмехнулся в бороду. — Иначе бы не принял твой дар.
Он сделал шаг назад, его сухая фигура размылась, сливаясь с окружающим ночным лесом. Он потерялся в переплетении ветвей и листвы. Исчез, словно его и не было, оставив после себя сильный запах хвои и смолы.
Глава 18
Я стоял у выхода из склепа, чувствуя, как ночной воздух освежает моё разгорячённое и вспотевшее тело. Разговор с Лесным Хозяином дался мне нелегко, но результат обнадёживал. Я быстро провел собственный «техосмотр»: руки слушались, ноги твердо стояли на земле, пальцы легко сжимались в кулаки.
После длительной дневной беспомощности эти ощущения реально срывали крышу. Я сделал глубокий вдох, затем другой, приводя нервную систему в равновесие. После посещения Лешим моего убежища приятно пахло хвоей и сырой землёй, и я с наслаждением вдыхал этот насыщенный запахами леса аромат полной грудью.
— Ну что, дружище, — произнёс я вслух, разминая затекшую шею, — кажись, пронесло. Живым остался! — мысленно добавил я.
Агу завис рядом, его изумрудное сияние было ровным и спокойным. Призрак тоже выглядел весьма удовлетворённым.
— Жив, — подтвердил он. — И даже цел.
Первым делом я вернулся в склеп, достал из рюкзака консервы и галеты, флягу с водой. После чего выбрался на улицу, где с наслаждением напился. Затем развёл в песчаной ямке небольшой костерок, вскрыл консерву с кашей и разогрел её на огне. Соскучился я по горячей пище, так что пришлось сбегать в пещеру еще за одной банкой.