— Знаешь… — проговорил он медленно. — Ведь Яков был моим единственным другом. Тем, кому просто нравилось проводить со мной время… И мне тоже нравилось. А я так и не сказал ему об этом.

— Он знал, — Мия сжала его руку и вдруг испуганно ойкнула.

На площади как будто из ниоткуда появился юноша в черном костюме. Белые волосы торчали в разные стороны, взгляд был привычно раздраженным…

— Ты не в духе! — шепнула Мия в тот момент, когда Даня, судя по жесту, спрятал их от глаз самого себя из прошлого.

Но тут тот, другой Даня, остановился, обернулся на башню…

Теплая волна прошла по Мие, она на секунду зажмурилась, а потом распахнула глаза и увидела совсем другую Сухареву башню: более потертую и старую, такую, какой она была при Якове Брюсе.

А сам колдун стоял на пороге и махал своему ангелу-надсмотрщику. Даня из прошлого обернулся как раз на него, раздраженно закатил глаза, но все же махнул в ответ. Брюс звучно расхохотался, а Даня хоть и попытался сохранить серьезное выражение лица, но не смог, растянул губы в улыбке.

Даня сжал руку Мии. Секунда — и они вышли из междумирья в их реальность. Кусочки медальона уместились на раскрытую ладонь Дани. Мия осторожно придвинула их друг к другу. Фрагменты вспыхнули белым цветом, Даня поморщился…

Знакомая темнота и боль, а когда Мия открыла глаза, то никакой Сухаревой башни перед глазами уже не было.

Только пустая площадь перед метро, толпа людей выгрузилась из Б-ки, в сквере нетрезво горланит песни группа подростков…

Знакомые запахи: бензин вместо дров. Яркие фонари, никакого газа, только электричество.

И прохожие, которые кидали на них странные взгляды.

— Мы не переоделись! — кинул Даня и потащил ее в сторону кофейни.

Ладно, по крайней мере они могли сойти просто за ряженых, возвращающихся с какого-нибудь тематического бала.

Пока Даня открывал дверь, Мия успела найти и включить мобильный. К ее облегчению, они вернулись в тот же день, прошло всего несколько часов. Но позвонить дедушке она не успела: Даня завел ее в кофейню, достал из сумки ее обычную одежду и отправил в подсобку переодеваться.

Было так странно стягивать с себя платье. Привычная одежда теперь чувствовалась почти чужой…

Когда она вышла в зал, Даня, уже был в джинсах и белой футболке и пытался пригладить волосы, с каждым движением лишь приводя их все в больший хаос.

Мия приблизилась, отодвинула белую прядь от его лица. Даня перехватил ее руку, прижал к своей щеке, прикрыл глаза.

Сердце прыгнуло в груди. Отчего-то она подумала, что тут, в их времени, Даня отстранится…

— Мия… — тихо начал он, смотря на нее с нежностью, от которой ей стало горячо. — Я бы не справился ни с чем без тебя. Но сейчас… Я должен разобраться во всем сам. Это дела ангелов, и я сойду с ума, если ты будешь в этом участвовать. Ты понимаешь?.. Я со всем разберусь, но пожалуйста, вернись домой, туда, где я буду знать, что тебе никто не навредит, где…