Перехватываю её пожестче за талию, и она вся крупно вздрагивает. Мой язык скользит внутри, пробуя на вкус каждый уголок. Сладкая. Ебать-колотить, как же охеренно зашло. Сжимаю пальцы на её груди сильнее, выбивая из неё стон. Кроет так, что искры из глаз.

Дергается всем телом и с усилием отрывает свои невыносимо охуенные губы от моих. Смотрит дико, грудь тяжело вздымается.

— Я... блин... — голос срывается. — У меня парень есть.

Подцепляю её подбородок. Большой палец ложится на скулу, снова накрываю её губы. Осторожно, почти бережно. Гашу эту внезапную сбивчивую панику одним невесомым касанием.

«У меня парень есть». Охуеть Особенно сейчас, когда ты стоишь на ногах только потому, что я тебя держу. Искренне соболезную чуваку — земля пухом его самолюбию, раз его девчонку так откровенно плавит в чужих руках. Но на этом его участие в моей жизни заканчивается.

Медленно, с легким нажимом веду широкой ладонью вдоль её хрупкого позвоночника. Вжимаю в себя, считывая каждый рваный выдох. Ловлю от этого дикий кайф.

Мазнув губами по её приоткрытому рту, шепчу ей:

— Забей хуй на своего парня. Вообще похуй на него, — выдыхаю горячо. — Я сегодня буду выцеловывать тебя так нежно, что ты насквозь промокнешь только от того, как мой язык будет у тебя во рту. Тебе пиздец как зайдет. Ты же сама хочешь, чтобы я тебя выебал... А я хочу тебя так, что от стояка уже больно.

Она подается назад, пытаясь отстраниться. Хрен. Осторожно, вжимаю её обратно в свой торс. Если уж взялся прессовать, нельзя давать кислород. Дашь девчонке хоть секунду на подумать — она тут же включит голову.

Перехватываю эту наивную милоту за затылок, зарываясь пальцами в волосы, и целую уже без прелюдий. Глубоко, жестко, наотмашь. Чтобы телом поняла — сливаться поздно. Башку сносит от её запаха, от сладкого вкуса на языке, а чувствовать, как она теряет опору — вообще отвал всего.

Спускаюсь свободной рукой ниже, скользя по позвоночнику, и с силой сминаю упругую задницу, притирая девчонку вплотную к своему стояку. Она мелко вздрагивает, но не отталкивает. Наоборот, обхватывает меня за спину, отчаянно впиваясь ногтями сквозь ткань. Бля. То, что не ломается для вида, от этой чистой, жадной реакции у меня в паху доходит до тупой боли. Тискаю её плотнее, ловя кайф. Знаю, что зажимать чужую девчонку по углам — ни хера не благородно. Но я, блядь, и не в рыцари нанимался.

Реальность решает дать по шарам. Металлическая дверь служебного входа с лязгом отлетает в сторону, заливая наш темный закуток ебучим желтым светом. На перекур вываливается толпа официанток — громкий ржач, щелчки зажигалок, треп про чаевые и каких-то мудаков-клиентов на всю улицу.