— А теперь?

— Теперь есть материалы двухлетней давности в скрытом дозаторе. Современные приборы. Новый байпас. Значит, кто-то не доверял естественному разрушению.

Лисан усмехнулся без веселья.

— Приходилось помогать.

— Да.

Селма тихо сказала:

— Столько лет.

Я посмотрела на нее.

Она стояла возле окна и смотрела на комплекс.

Одиннадцать зим люди платили за огненный камень.

Одиннадцать лет купальни стояли закрытыми.

Теплицы пустели.

Мастерские остывали.

И все это время кто-то мог приходить сюда и убеждаться, что Норрен не оживет сам.

— Мы пока не знаем, кто отдавал приказ, — сказала я.

— Но знаем, кто платил за эту партию, — ответил Тарен.

— Структура, связанная с Малвеном.

— Да.

— Не Малвен лично.

— Да.

Он не пытался усилить вывод.

Мне это было важно.

Лаван закрыл папку.

— Теперь оснований достаточно для официального изъятия всей переписки «Северного расчетного дома» по Норрену за последние пять лет.

— Койс сможет отказаться? — спросила я.

— После обнаружения материалов с совпадающим кодом — не должен. Если откажется, пойдем через суд.

— Малвен?

— Его личные документы пока не трогаем.

— Потому что прямой связи нет.

— Именно.

Я знала, что придет время, когда этой осторожностью будут недовольны все.

Жители.

Селма.

Мира.

Возможно, я сама.

Но если мы хотели довести дело до настоящего решения, а не до красивого обвинения, другого пути не было.

Орин попросил поговорить со мной вечером.

Один.

Я отказалась.

Не из страха.

После признания в передаче информации он оставался свидетелем расследования. Разговор без записи только создал бы новые проблемы.

Мы встретились в кабинете при Мире.

Тарена я не звала.

Орин выглядел хуже, чем несколько дней назад. Не больным. Постаревшим.

— Вы нашли комнату, — сказал он.

— Да.

— Я слышал.

— От кого?

— В Норрене пятьдесят домов. Вы разобрали стену возле нижней дороги. К вечеру об этом знает даже человек, который не хочет знать.

— Вы знали, что там?

— Нет.

— Знали, что дверь перекладывали?

Он помолчал.

— Да.

— Когда?

— Два года назад.

Я почувствовала, как Мира напряглась за столом.

— Кто?

— Люди Койса.

— Вы присутствовали?

— В начале.

— Что они сказали?

— Что старая кладка опасна и комнату нужно закрыть.

— Кто оплатил?

— Расчетный дом.

— В книге этого нет.

— Потому что через комплекс платеж не проходил.

— Почему вы разрешили?

— Они показали письмо об оценке обеспечения долга.

— Оно давало право перестраивать королевский объект?

— Нет.

— Вы это знали.

— Да.

Он не оправдывался.

— Внутрь заходили?

— До работ. Там были старые полки и труба. Современного узла не видел.

— После перекладки?

— Нет.

— Они работали сколько?